Наперекор всему (СИ)

Но того, самого главного сообщения пока не было. А будет ли вообще? Может, не заслужил? Зря надеется?

Никита сидел на диване в кабинете и не отсвечивал. Только поглядывал на него как-то странно, настороженно. Хотелось бы надеяться, он не обиделся за утреннюю сдержанность Глеба. Но черт возьми, он совершенно не любил цветы. Приелось на концертах. Спасибо хоть Ник ему плюшевую игрушку не додумался подарить или еще что-нибудь в этом духе. Он же русским языком сказал, не нужно никаких подарков. Он в состоянии сам купить себе все, что хочется. Ну, обычно в состоянии. Сейчас его финансовое положение оставляет желать лучшего, еле-еле расплатился за банкет, за аренду еще половину суммы должен. Но это ерунда, если все пройдет так, как он хочет, появятся и приглашения выступить, и деньги.

Ближе к обеду в офис стал подтягиваться народ. Забежал Антоша Звольский, с которым подружились еще на «Боксе со звездами», принес золотые запонки в форме скрипичных ключей и бутылку дорогущего коньяка, которую Глеб предложил тут же и распечатать. Но Антон был за рулем, да Глеб и не настаивал – успеет еще наотмечаться. Потом явился коллектив полным составом: и музыканты, и девчонки из подпевки с одним подарком на всех, правда, хорошим – огромным самурайским мечом. Подарок обыграли в поздравительной речи, объявив Немова последним самураем на эстраде. Меч Глеб пристроил до поры в кабинете, в квартире ему явно не место, а в Нововнуково он не был с тех пор, как они поссорились с Ирмой. Коллектив угощать коньяком не стал, им еще сегодня работать, быстренько выпроводил – пускай едут в «Крокус», готовятся к выступлению, нечего тут маячить. Лена из бек-вокала не скрываясь строила глазки Никите, и Глеба это дико раздражало. Хоть и понимал, что Нику заигрывания барышни до лампочки, а все равно бесило.

Откровенно говоря, проще было перечислить, что его сейчас не бесило. То переживал, что никто не звонит, то нескончаемая телефонная трель стала сводить с ума. Включил телевизор посмотреть новости, сначала дергался, что про него забыли, а ведь телевизионщики приходили, с трех каналов, и нигде ни слова. Потом дождался, увидел сюжет, и пожалел, что под рукой нет ничего, что можно разбить. Нет, ну это как надо снять, чтобы он, вполне нормально себя чувствующий и прилично выглядящий, в кадре смотрелся глубоким стариком, изрядно затраханным жизнью, да еще и почему-то с грязными волосами. Они что, нарочно? Свет так поставили? Он же помнил, как это снимали, был генеральный прогон в «Крокусе». Его посадили в пустом зрительном зале, задавали вопросы, минут тридцать записывали. А осталось три минуты в кадре, и далеко не самые удачные.

- Глеб, все нормально! – донесся с дивана голос Никиты. – Хороший сюжет о народном любимце.