Академия Горгулий. Напарница дракона

Потом покачал головой и тихо произнес:

– Сам не знаю. Мне казалось это логичным и правильным: ужинать вместе. Как-то общаться. Мы ведь не чужие друг другу…

– Чужие, – с горечью возразила я.

Услышать, что все это время он просто натужно исполнял родительский долг, неожиданно оказалось очень больно. Теперь в груди заныло по-настоящему, вставший в горле ком изменил мой голос, сделав его хриплым и ломким, но слова все равно было не удержать внутри:

– Тебя не было в моей жизни, а меня – в твоей. Так прошло девятнадцать лет, и этого теперь уже не исправить. Ты мне не больше отец, чем любой другой мужчина твоего возраста, а я тебе не больше дочь, чем любая из первокурсниц. Мы чужие, Энгард. И фарс под названием «Семейные ужины» этого не изменит.

Он мрачно посмотрел на меня исподлобья. В темных глазах разгорался огонь, грозящий вырваться наружу огненным смерчем скандала, но ничего подобного так и не произошло. Колт опустил веки, глубоко вздохнул и уже почти спокойно констатировал:

– Ты права, с фарсом пора заканчивать. Доедай и отныне можешь ужинать, с кем действительно хочется.

Казалось бы, он признал мою правоту, и это должно было обрадовать, но меня захлестнули совсем другие эмоции. Горло сдавило, глаза защипало, в животе заворочалось что-то мерзкое, окончательно убившее аппетит. Видимо, мне хотелось услышать в ответ совсем другое.

– Спасибо, я сыта, – только и смогла выдавить я, вскакивая с места. – Приятного…

На слове «аппетита» я рисковала разреветься, чего мне совершенно не хотелось, поэтому я не стала договаривать, торопясь поскорее покинуть территорию Колта. Он не попытался меня останавливать.

Мне удалось сдержать слезы и после. По дороге в свою комнату я, как обычно, переплавила боль и тоску, рвавшие сердце, в более комфортную злость. Раз папаша ко мне равнодушен, лучше буду ненавидеть его. Ничего другого он все равно не заслуживает."

"А еще я твердо решила, что пойду к закрытой части замка этой же ночью, одна. И найду способ открыть чертов тайный проход, чего бы мне это ни стоило и что бы меня там ни ждало! Пусть я там покалечусь или вовсе…

Конверт, белеющий на пустом обеденном столе, сбил с мысли. Единственный раз, когда я обнаружила у себя записку, она была от отца. Поэтому теперь я решила бросить конверт в камин не читая.

Но не донесла. По пути все же заглянула в текст и остановилась, как вкопанная, обнаружив, что послание от Рабана.

«Если вы еще не передумали, давайте встретимся завтра в полдень в библиотечной башне».

Злость мгновенно схлынула, желание тащиться куда-то ночью исчезло. Зачем, если завтра мы, очевидно, пойдем к стене с секретом вместе? Настроение незначительно, но все-таки улучшилось.

Вот только ноющая боль в груди так никуда и не делась.