Академия Горгулий. Напарница дракона

Я прекрасно видела очертания мебели в лунном свете, и хотя не могла разобрать, сколько времени показывают настенные часы, подозревала, что еще глубокая ночь, поскольку угли в камине светились красным, а к утру они обычно успевали не только погаснуть, но и остыть.

Сев на постели, я растерла руками лицо. Сердце тяжело ухало в груди, словно я бежала. Снова лечь и уснуть совершенно не хотелось: я боялась вернуться в кошмар. Что-то они зачастили в последнее время. Раньше мне от силы раз в год такое могло присниться. Впрочем, раньше я не жила в замке с чудовищами на стенах, стоящем на границе с землями мертвецов и некромантов, и не лазила по подземным лабиринтам! Слишком много впечатлений…

Было душно. Или это меня душило послевкусие кошмара? Я не могла понять, но все же откинула в сторону одеяло, спустила ноги с кровати, нашарила в темноте тапки, подошла к одному из окон и после непродолжительного сражения с рамой открыла его настежь."

"В комнату ворвался свежий ночной воздух, пахнущий осенью: дождем, прелой листвой и мокрым деревом. Прикрыв глаза, я подставила лицо легкому ветерку, игнорируя то, как он холодит шею и голые ноги, забирается под футболку. С выданной в первый же день ночной рубашкой отношения у меня не сложились: слишком длинная, объемная и закрытая. Я постоянно путалась в ее подоле, поскольку вообще не привыкла к ночным рубашкам, предпочитала пижамы с шортами и майками. Здесь такого добра было не найти, поэтому я решила спать в нижнем белье и футболке, которые привезла из дома. Тепла камина и одеял вполне хватает, чтобы не мерзнуть ночью, а вот вставать утром с голыми ногами, конечно, нелегко. Но сейчас кожа у меня горела, и прохлада была приятна. Стало хорошо, спокойно, мысли немного упорядочились, перестали метаться в голове.

Это был просто сон. Кошмар. Дело в постоянном стрессе и проснувшейся тоске по дому. А еще в недавнем разговоре с Рабаном, при воспоминании о котором у меня до сих пор кожа покрывалась мурашками, хотя с тех пор прошло уже пять дней. Но стоило вспомнить его взгляд и тон, как внутри снова все переворачивалось. Похоже, он очень любил свою невесту и теперь был готов сунуть голову в петлю, лишь бы отомстить за ее смерть.

«Нет, кто угодно не может. Только человек в такой же степени отчаяния, как я», – сказал он. В такой же степени отчаяния… Не знаю почему, но когда вспоминала все его слова, на меня накатывали приступы болезненной тоски и чувство безысходности. Как будто это я кого-то потеряла, а не он.

Я уже порядком подмерзла, но не торопилась вернуться в постель. Открыв глаза, оперлась локтями о небольшой подоконник и посмотрела в окно, пытаясь отвлечься и от кошмара, и от печальных мыслей о драконе.