Плохие намерения

 — Несмотря на честь получить настоящее приглашение, мы не придем. Мы идем в кино.

Селена фыркнула.

— Ясно.

— В кино после большой игры? Я так не думаю, — сказал Кейден. Его голос помрачнел, когда он повернул голову. — Разве тебе не нужно быть где-нибудь еще? — Его раздражение было направлено на Селену.

Я встала, внезапно всего этого стало слишком много. Я была до чертиков взволнована рядом с Кейденом, а Ева наблюдала за мной слишком пристально. Не только Ева — мне казалось, что на меня смотрит весь кафетерий.

— Пойдем, — пробормотала я своей лучшей подруге.

Однако, прежде чем я успела пошевелиться, огромное тело Кейдена прижалось к моему, зажав меня между ним и столом."

"Он медленно убрал волосы с моего уха, заправляя их назад.

— Если ты думаешь, что сможешь избегать меня, забудь об этом. Ты придешь на вечеринку.

— Нет, не приду, и ты не заставишь меня.

Он усмехнулся.

— Не стоит бороться со мной. Ты проиграешь.

— Почему тебя волнует, буду ли я там? Что ты собираешься сделать со мной? — Мои глаза встретились с его, когда я наконец рискнула поднять взгляд.

Он был прямо передо мной. Кейден склонил голову набок, обдумывая свой ответ.

Затем жестокая, едва заметная коварная усмешка скользнула по его полным губам. Он наклонился и прошептал мне на ухо.

— Ничего такого, чего бы ты втайне не хотела. Прекрати убегать. Это только заставляет меня хотеть преследовать тебя.

Его лицо на секунду прижалось к моей щеке, обжигая меня своей горячей кожей. От него так приятно пахло — аромат, который принадлежал исключительно Кейдену.

— Лили? — Голос Евы обдал нас холодной волной реальности.

Шум из кафетерия просочился обратно, и я резко отшатнулась, обнаружив, что мы снова оказались в центре внимания.

— Пойдем, — повторила я Еве, схватила ее за руку, и, закинув на плечо сумку, поспешила прочь.

Ева пробормотала какие-то извинения Кейдену и на ходу стащила со стола подарок, который он мне подарил.

Я не останавливалась и не отпускала ее руку, пока мы не пересекли несколько коридоров.

— Что, черт возьми, это было? Если бы между вами что-то происходило, ты бы сказала мне, верно?

— Конечно.

Я почувствовала себя виноватой, как только произнесла это. Как я могла рассказать Еве обо всем случившемся, не признавшись в своих развратных снах, о которых я писала в дневнике? Что бы подумала обо мне лучшая подруга, если бы узнала, что я скрывала такие темные и постыдные фантазии?

— Вот, ты оставила его на столе, — сказала она и протянула мне подарок. — Интересно, что там.

— Я знаю, что это, — пробормотала я, разрывая бумагу. Новый дневник с потрясающими иллюстрациями и гладкой тисненой обложкой.