Нам не узнать друг друга сразу

Так, заметили нескольких птиц где-то в глубинке, но должного значения не придали и панику решили не поднимать. Только какой-то местный информационный портал попытался сделать из этого новость дня, но продолжения не было, и все так и затухло. Но ты заметила…

Чем больше я слушала его, тем больше жалела скорчившегося напротив мужчину. Как он вообще существовал все это время? Как мог настолько контролировать себя, что внешне казался вполне нормальным?

– Я думаю, капитан вас вычислил давно. И вы решили, что лучше сбежать вместе с напавшими?

– Понял, что в этот раз им не справиться. Гайяр… его сознание сильнее этих их технологий. И он был в каком-то смысле готов к нападению. Видимо, сумел предвидеть или перехватить мой сигнал. Он прикрыл нас и атакующих, и я понял, что защитники корабля с нападавшими постепенно справятся, поэтому предпочел выполнить требование создателей Измененных и забрал тебя. Я отчаянно надеялся, что в обмен мне позволят забрать Дайлию. Это было наивно, но остаться на «Эндорре» я тоже не мог.

– И вы вот так просто отдали бы им меня?

– Да. – Он прямо и открыто взглянул на меня.

Поразительно, насколько же сильно эти неймарцы могут любить и быть верными своей половинке до последнего!

– А гирденция? Вы ее просто так подарили?

Сейчас я подумала, что, возможно, ядовитый кактус и был оружием моего уничтожения.

Неймарец резко мотнул головой, выражая несогласие.

– Это был порыв. Не знаю, можешь ли ты понять, но я постоянно метался между страхом быть разоблаченным и необходимостью действовать с пользой для врага. Я страдал от тоски по Дайлии, я не хотел твоей гибели, не хотел подставлять друга, но… иначе сделать не мог. А гирденция… Это питомец моей дейраны, она его совсем крошечным взяла и занималась с ним. Ему было плохо со мной, он почти не рос. И мне было тяжело с ним, живым напоминанием о дейране. Вот я однажды утром вдруг и решил, что вам вдвоем будет лучше. Как-то так…

Я молчала. Сказать было нечего. Отчаяние и страх, вызванные словами и чувствами неймарца, затопили душу. Вот так всегда со мной: если существует худший сценарий, то реализуется именно он. И неожиданно я решилась:

– Капитан… Он впрыснул мне маяк какой-то органический, его не распознать, – шепотом сообщила неймарцу.

Крейван резко вскинул голову и в упор посмотрел на меня.

– Сам? Впрыснул тебе? Но… Да еще и капсула! Неужели он предвидел мой поступок, пытался защитить… – Его странный, неразборчивый голос долетал урывками, но внезапно неймарец решительно мотнул головой. – Тогда есть шанс! Мы должны постараться дождаться прибытия своих.

Последние слова Крейван произнес с одержимостью и фанатичным блеском в глазах. А мне надеяться было не на что.