Нам можно

Должно было быть… Через месяц. Уже не будет.

Слезы подкатили, а ком в горле горечью растекся по языку, не давая вдохнуть.

– Мне очень жаль, – тихо сказала, отворачиваясь, чтобы глаз моих не увидел.

– Подключайся, – только и сказал Картер, взявшись за мышку – большой монитор на стене ожил.

Я открыла ноутбук, к конференции присоединилась, даже экран расшарила, но искоса за Картером наблюдала: он налил еще, ноги закинул на стол и, опрокинув в себя двойную порцию, стукнул дном об стол, затем еще и еще.

– Картер, – я подлетела и забрала стакан, пока он не разбил его и не поранился. Казалось, он очень этого хочет: боль моральную заглушить физической. Я толкнула бокал подальше, но руку его так и не отпустила – продолжала держать, горячую, сухую, немного мозолистую на пальцах. От струн, наверное.

Сейчас Картер был другим. Не улыбчивым обаяшкой и не мстительным эгоистом, а настоящим: злым, растерянным и одиноким. Это в глазах его было: они – голубое небо, которое тучами затянуло. Я хотела, чтобы непогода рассеялась и снова выглянуло солнце.

Картер резко поднялся, нависая надо мной, рубашкой с распахнутым воротам груди моей касался. Затем со вздохом талию обвил и притянул к себе, крепко так, что я забыла, как вдох делать. Он дернул пучок и шпильки рассыпались, а волосы густой волной на плечи упали, затем носом зарылся и шумно воздух втянул.

– Ты так пахнешь, что я с ума схожу… – шепнул, и меня воспоминаниями прострелило. Те же чувства и ощущения, лавина эмоций и бездна страсти. Мой. Картер – мой невероятный знакомый незнакомец. Любовь моя тайная.

Я сама привстала на цыпочки и губами о его подбородок потерлась. Бери, я вся твоя… И Картер взял. Он медленно обвел языком контур, подрагивающими руками ягодицы сжал, затем огненным дождем на меня пролился, внутрь проникая, впитываясь в кожу, нервы оголяя, как провода после бурного смерча.

– Ведьмочка… – шепнул между жадными поцелуями, глубокими и умопомрачительно сладкими. Моя блузка уже отлетела в сторону, а бюстгальтер висел на локтях. Картер мягко крутанул меня, надавил, чтобы легла обнаженной грудью на стол, и бедра обхватил ладонями: вжался в меня сзади, на член жесткий насадил – даже через одежду чувствовала, какой он могучий и огромный.

Спину обжег влажными поцелуями и потянул молнию юбки – через секунду прохлада прошлась по голым ягодицам. Трусики вымокли, распутное желание билось в каждой клеточке, но Картер только полосу сдвинул и нежно клитор погладил, а я хотела больше – налитую плоть внутри почувствовать хотела. В моем организме было что-то неправильное, поломанное, только однажды (точнее, трижды за ночь) мне удалось кончить остро, до красных пятен в глазах и полного хаоса в голове, когда себя не помнишь от наслаждения.