Наказание за любовь

— Но благодаря этому я увидел гораздо больше. И не только совершенно неправдоподобно красивую природу…

— Да, наверное, тебе это напоминает зеленые холмы Ирландии?

— Я никогда не видел зеленых холмов Эйре. Только дублинскую сажу. Но знаешь, для меня очень много значит, что я вместе с вами. Я могу немного отвлечься от своих мыслей. Да уж, отвлекся, — сухо и с горечью добавил он.

— Ну конечно, — хихикнула Тува."

"Она повернулась, теперь она сидела лицом к нему. Недостаток места в машине создавал довольно-таки интимную атмосферу. И ей это нравилось. Как будто они совершенно особым образом поверяли друг другу свои секреты. И темнота скрадывала ее отвратительную рожу. Она — это была сейчас только голова. И чувствовать это было отрадно.

— Расскажи, что ты знаешь о Саннесшёен, — попросил Мораган.

— Я ничего не знаю о Саннесшёен. В этой области я до неприличия мало осведомлена.

— Да, но ты не ответила на мой вопрос. О Халькатле. О Марко и Руне и обо всех вас. О всей вашей родне.

— Это долгая история, — проговорила она нехотя. — И мы дали клятву, что вся эта ужасная борьба с удивительными силами не должна стать достоянием обычных людей. Лучше будет, если они ничего не узнают.

— Но они не могли не заметить чудовище в сенном сарае. Так что ты вполне можешь…

Его слова утонули в ужасном кашле. Когда Тува услышала его, то смертельно испугалась. Ведь он умирает! Нет, я не хочу!

Тува не привыкла заботиться о других. Это проявление сентиментальности, считала она. Но, сама не замечая этого, она вышла из машины и села к нему на заднее сиденье. Конечно, стало тесно, но она не думала об этом, просто прижимала его к себе, пока тело его сотрясали болезненные приступы кашля. Черт, говорила она про себя. Черт, черт. Но кого или что проклинала, она не знала сама.

Наконец он опять смог дышать спокойно. В полутьме она видела его горящие измученные глаза, и к своему удивлению почувствовала, как его рука гладит ее упрямые, совершенно безнадежные волосы.

— Ты потрясающая девушка, Тува, — сипло прошептал он.

Она была настолько ошеломлена, что — по своей обычной привычке — собиралась ответить какой-то чертовски едкой репликой, но не смогла заставить себя сделать это. Она только еще посидела немного, а потом поднялась и грубовато сказала:

— Ладно, а не поспать ли нам немного?

Но его простые слова навсегда отпечатались у нее в памяти.

Марко, Халькатла и Руне встретились на ночном ветру. Трое, кому, строго говоря, сон нужен не был. Ну да, может, только Марко немного, поскольку он сейчас почти человек. А другие абсолютно не зависели от такой роскоши, как сон.

— Где ты был, Руне? — спросил Марко.

— Да, я тоже хотела бы это знать, — сказала Халькатла. — Я тебя обыскалась.

— Я слушал, — произнес Руне, криво улыбнувшись.