Найди меня. Сейчас

 – Этот мелкий говнюк, к сожалению, рано открыл для себя травку. И теперь целыми днями валяется на диване. Надеюсь, он это перерастет.

– А у тебя есть братья или сестры? – поворачивается ко мне Че.

У меня в горле образуется ком. Я не хочу сейчас думать о ней, не хочу произносить вслух ее имя. Мне вспоминается лицо Джинни, ее детский смех. Медленно качаю головой.

– Принесу нам по второй порции, – объявляет Олли.

– Нет, сиди, я схожу, – вызываюсь я. Мне нужно несколько минут, чтобы взять себя в руки. Я почти готов был заговорить о том, что касается только меня. Обсуждать с кем-то эту тему слишком рискованно. Я не рассказывал даже Тамсин, еще и потому, что это слишком болезненно. Во мне живет страх, что за время моего отсутствия могло что-то случиться.

У бара полно людей. Я медленно продвигаюсь вперед. Вдруг снова возникает ощущение, будто за мной кто-то наблюдает, и я оглядываюсь. Нет, это просто паранойя. Наверное, дело в толпе.

Когда подходит моя очередь, я заказываю три пива. Пивные краны отражаются в отполированной до блеска поверхности стойки. Я скорее чувствую, чем вижу, что кто-то протискивается сквозь толпу и встает возле меня. Мужчина медленно барабанит пальцем по столешнице. Мой взгляд падает на его руку… и к горлу подкатывает тошнота. Я знаю эту татуировку, которая начинается с кончика хвоста скорпиона на правой кисти, а тело, голова и клешни тянутся по руке, плечу и груди. Не смея поднять голову, молюсь, чтобы это оказалось кошмарным сном.

– Так и знал, что это лишь вопрос времени, – внезапно произносит у моего уха холодный голос.

Замечаю, что бармен ставит передо мной бокал.

– И вот мы встретились.

– Чего ты хочешь, Ганнибал? – выдавливаю я. Приходится прикладывать усилие, чтобы говорить сдержанно, но у меня ничего не получается. Я поднимаю взгляд и смотрю в его черные, полные ненависти глаза.

– Я вообще ничего не хочу, – отвечает он. – Только… – Он делает театральную паузу. – …Поздороваться. Разве нельзя пожелать старому знакомому счастливого Нового года? – тихо смеется он.

– Давно… ты… вышел? – Мне тяжело дышать. Ноги начинают дрожать.

– Вчера. За хорошее поведение. Мне и правда зачлось, что я оставил тебя в покое. – Он хлопает меня по плечу, и у меня чуть не подгибаются колени. – Решил сказать тебе за это спасибо.

Бармен ставит передо мной еще два бокала. Я кладу деньги на стойку. Он благодарит, а когда я собираюсь повернуться к персонажу из своего фильма ужасов, оказывается, что Ганнибал уже исчез. Пульс зашкаливает, и мне приходится опереться на стойку, чтобы не упасть.

На нетвердых ногах возвращаюсь к столику и ставлю на него пиво.

– Что с тобой случилось, Рис? – спрашивает Че. – Ты будто призрака увидел.