Чувства наизнанку

До тех пор, пока я не приоткрыла рот.

Два его пальца нежно нырнули внутрь, а горячий шепот окончательно расставил все по своим местам.

— Я хочу тебя сюда, Таня.

— Марк, — застонала я, опасаясь такого опыта.

— Иди сюда.

— Но я не знаю как.

— Я знаю…

А затем он поднял меня со стола, развернул к себе и поставил на колени. Мазанул пальцами по губам, чуть надавил, заставляя открыть рот, а дальше прошелся по ним своей раскаленной головкой. И только потом толкнулся дальше.

Я зажмурилась, думая, что мне не понравится с ним так, но то, что происходило дальше буквально разорвало меня на куски, потому что я видела, что делаю с ним. Видела и еще больше сходила с ума от своей власти. От его вкуса. Запаха. От своих реакций на все это восхитительное бесстыдство.

И я была рада тонуть с ним в страсти до глубокой ночи, а потом заснуть в его объятиях, совершенно выбившись из сил.

— Будешь жить здесь со мной, — уже засыпая, услышала я его слова, сказанные решительно и безапелляционно.

— Марк…

— Завтра до обеда перевезем твои вещи сюда.

— Но…

— Нет, Таня, я без тебя одну ночь промучился, больше не хочу. Точка!

И я не возразила больше ни слова, а лишь счастливо прикрыла глаза, потому что тоже не хотела больше разлучаться с ним ни на минуту.

Никогда…

И когда дыхание Марка выровнялось, я, разрываемая своими зашкаливающими чувствами, не смогла сдержать порыва и выдохнула те самые три слова, что так неистово рвались из меня:

— Я люблю тебя, Марк.

Но он конечно же ничего мне не ответил. Только стиснул еще сильнее в своих объятиях.

А большего мне и не надо было…

Таня— Боже, Марк, мы опоздали! — подрываюсь я на кровати, в ужасе взирая на часы, которые показывают без четверти девять.

— Угомонись, женщина, — бормочет Марк невнятно, — у тебя сегодня выходной, у меня типа командировка.

— Без палева?

— Тань, я не шутил, когда сказал, что хочу, чтобы ты жила со мной, — перевернулся на живот Хан и снова припечатал меня своим требованием.

— Да? Круто, Марк, — подняла я большой палец вверх и хмыкнула.

— Если ты паришься из-за конфетно-букетного периода, то зря. Мы будем совмещать приятное с полезным, — потянулся он всем своим длинным телом и закинул руки за голову.

Ну надо же, какой догадливый. Просто мечта, а не мужик! Дайте два.

— Сегодня поедем ко тебе и соберем вещи, — и сказано это было совершенно безапелляционным тоном.

— Никуда мы не поедем и ничего собирать не будем, — решительно встала я на ноги и пошагала в поисках своего нижнего белья, ну и остальной одежды тоже.

— Почему? — шел за мной по пятам Хан.

— Потому что.

— М-м, а конкретика будет? — крутанул он меня к себе, а затем наклонился и поцеловал обнаженный сосок, сбивая меня с толку.