Награда

Гаэль уже успела пообщаться с прессой, и помощница мадам Сесиль посоветовала ей уйти пораньше. Бартлета в этот момент кто-то позвал, так что попрощаться с ним она не смогла.

После их незаметного ухода, вернувшись в зал, Бартлет попытался ее отыскать и очень огорчился, выяснив, что все ее коллеги покинули вечеринку. На следующий день ей в отель доставили три дюжины красных роз. На карточке значилось: «До новой встречи. Роберт Бартлет».

Этот поступок произвел на Гаэль неизгладимое впечатление: до сих пор никто никогда не присылал ей цветов, к тому же таких шикарных.

— Он что, плейбой? — спросила Гаэль одну из сотрудниц «Вог».

Молодая женщина рассмеялась:

— Вне всяких сомнений! Его хобби — самые красивые женщины: актрисы, модели, светские львицы. Разведен, считается самой завидной партией: очень успешный банкир. Вряд ли кому-то удастся его женить на себе, по крайней мере в ближайшее время. Слишком привык развлекаться.

Сотрудница поведала также, что последняя жена Бартлета была вдвое моложе его, из очень известной семьи, брак продлился несколько лет, но недавно они развелись. Все газеты буквально кричали об этом. Говорили, что жена получила огромные алименты от мужа и особняк в Нью-Йорке. Кроме того, она явно не горевала — уже успела обручиться с другим.

— Так что будь с ним поосторожнее, — мудро заключила женщина.

Гаэль и сама прекрасно понимала, что для нее, молоденькой провинциалки, Бартлет недосягаем, а кроме того, годится ей в отцы. У нее никогда не было парня: так, несколько школьных поклонников. А с началом войны она и вовсе не думала о романах и старательно избегала даже случайных встреч с немецкими солдатами. Местные парни ушли на фронт или в Сопротивление, многие погибли. Некоторые девушки все же ухитрялись заводить романы, но только не Гаэль.

Впрочем, ей всего двадцать, у нее еще есть время, так что пока не нужно думать о присутствии мужчины в своей жизни.

В последний вечер перед ее отъездом Роберт позвонил в отель, когда она собирала вещи, и пригласил встретиться в баре. Гаэль посчитала, что ее опекунше это не понравится, и отказалась, чем весьма удивила: Бартлет не привык, чтобы ему отказывали.

Настаивать он счел ниже своего достоинства, поэтому просто пожелал Гаэль благополучного возвращения в Париж и пообещал позвонить, если вдруг снова окажется там.

Июль пролетел незаметно: готовилась новая коллекция Диора, и мадам Сесиль устроила несколько фотосессий. Гаэль так много работала, что почти не виделась с подругами по квартире.

В августе наступила наконец передышка, и все на месяц разъехались в отпуска. Гаэль осталась одна: ехать ей было некуда, а домой не хотелось — слишком живы еще были унизительные воспоминания. Возвращаться в поместье она не желала, поэтому решила продать дом.