Наглый. Дерзкий. Родной

Нервно подпрыгивая на месте, я толком не рассмотрела своего помощника. Он подошел к моей машине и взглядом попросил открыть капот:

– Вам повезло, красавица. Я автомеханик, и у меня салон недалеко. Давайте отгоним машину, парни посмотрят, что там у вас сломалось.

– Минутку, – попросила я и снова полезла за телефоном.

Набрала Наташу и быстро оттарабанила:

– Нат, справишься без меня, у меня машина сломалась?

– Я уже на крыльце, разбирайся с тачкой, если что-то срочное – я наберу.

– Спасибо, – выдохнула я и успокоилась.

– Я Данил, – представился мой спаситель и протянул мне ладонь.

– Катя, – натянуто улыбнулась я.

– Плохой день?

– Отвратительный, – честно призналась я.

– Я сейчас достану трос, – уведомил меня Данил и пошел к «Ауди».

Сел в машину, отъехал чуть вперед, припарковался задом к моей и снова вышел. Открыл багажник и вытащил трос.

Он развернулся, подмигнул мне и вдруг округлил глаза, глядя куда-то за мою спину.

Я тоже развернулась и возвела очи горе. Кажется, за несколько дней тесного общения с Эдуардом я научилась ничему не удивляться.

Рядом с нами затормозил «Москвич 412» вырвиглазного оранжевого цвета, из окон которого лилась музыка, нервируя басами улицу и меня. А собственно в окне торчала наглая и очень знакомая физиономия.

Я прислушалась к тому, что играло, и немного обалдела. «Танец с саблями» Хачатуряна звучал особенно изысканно в исполнении балалаечника.

Эдуард опасно глянул на Данила, сделал музыку тише и вышел из машины. В тот день он надел джинсовые шорты до колена, белую майку-алкоголичку, а на десерт – любимые желтые носки под сандалии и картуз.

Нужно будет поинтересоваться: он на ночь свою любимую кепку снимает или спит тоже в ней?

Следом за Эдуардом шокировать прохожих и Данила вышел еще один молодой мужчина, с таким же нахальным взглядом синих глаз, как и у Эда.

Эта парочка была очень похожа друг на друга, из чего я сделала вывод, что эпичная встреча со вторым заклинателем деревни, Иннокентием, состоялась.

Я осмотрела обоих и поняла, что стиль – это все-таки семейное."

"Старший был одет в шорты с пчелами! Широкие и длинные, почти до колена, ярко-желтого цвета, они удивительно гармонично сочетались с носочками самого Эдуарда. Завершала образ белая майка – родная сестра той, чтобы на Эдуарде и сандалии, но без носков. Видимо, на всю семью была одна пара желтых.

– Катерина, – разулыбался Эдуард, косясь на опешившего Данила, – ни на минуту оставить тебя нельзя, обязательно в неприятности угодишь. Что опять? Машина сломалась?

– Угу, – кивнула я, – спасибо, что не проехал мимо, но мне уже помогают. Пока.