Наглый. Дерзкий. Родной

Натянул футболку, подошел ко мне, обнял и успокаивающе помассировал затылок.

– Я подготовился, Кать. Самоустранился я и братаны мои от вашего салона, чтоб потом случайно вопрос не возник, что мы тебя прикрыли. Вами Токарев занимался, а у него репутация такая, что никто не усомнится. Честный очень, годами проверен. Я поэтому две недели и сидел тихо, как мышка, ну плакал, конечно, по ночам от тоски по тебе, но это уже неважно. Важно то, что ты чиста, Кать. Не мной доказано, потому что я бы тебя по-любому прикрыл, даже если бы ты была главой всего синдиката.

– Мотя, – озарило меня, – а внезапные поломки моей машины на дороге с этим как-то связаны?

– Упс, – выдохнул он, – ну, считай, что у тебя на тот вечер железное алиби с тонной свидетелей.

– Мне в тот вечер нужно было алиби? – подняла я брови.

– Ага. Поехали, а? – быстренько сменил он тему. – Есть хочу.

– Что-то у меня аппетит пропал, – призналась я, только в тот момент осознавая всю серьезность той несерьезной ситуации, в которую я умудрилась попасть.

– Катерина, надо есть. Не лишай меня ямочки на твоей попе, она очаровательная. Похудеешь, как я без ямочки? Давай, одевайся и погнали.

Я посмотрела на него, окончательно понимая, что это не сон. И Матвей совсем другой. Все тот же наглец, но другой.

Тот, кто пытался спасти меня даже тогда, когда я этого не знала. Тот, кто чуть не пожертвовал своей свободой и работой, которую обожал, чтобы убедить меня: его намерения действительно серьезные.

Он дал настоящий номер СБ, я проверила, это было несложно. За две недели его отсутствия я надумала всякого и хотела быть уверенной, что не врет больше. Не соврал. И пришел ровно в назначенный день, как и обещал.

Могла ли я осуждать то, что он выполнял свою работу? Могла. Но, вспоминая весь наш путь, каждую встречу, поминутно понимала, что он не желал мне зла. Все его действия говорили об этом.

Он не ангел, да что там, совсем не идеальный и точно не тот, о ком я мечтала, но какая теперь разница, если он умел в самые хмурые дни вызывать на моем лице улыбку?

И главное, то, чего я очень давно не встречала, если не брать в расчет Роберта, – Матвей умел совершать поступки. По-настоящему серьезные.

Я задумалась: смогла бы я вот так даже теоретически пожертвовать карьерой и поставить на кон все?

Только ради чего-то очень важного! Того, без чего я не смогла бы жить.

Я хотела любви. Настоящей, такой, чтобы до неба и обратно. Я искала ее, ждала. Была уверена, что знаю чего хочу, не подозревая, что хочу я нахального парня в подкрадулях с семками и картузом на голове. Который перевернет мой мир с ног на голову, вывернет меня наизнанку и заставит пересмотреть жизненные приоритеты. Понять, что все списки идеального мужчины не нужны, когда появляется собственный раздолбай.