Трактир «Разбитые надежды»

Готов поспорить, он не поведет туда Охотника. К тому же в ту сторону пошли мои земляки. А Леха почти что Замдекана. Он не станет подвергать своих опасности. Да и не в его духе идти назад. А вот впереди — горы, там легче уйти от погони. Уверен, именно туда он и потащит за собой хвост. Так что — идем и прислушиваемся. А вообще, не сомневайся, — Марат тяжело вздохнул, — если жив, он сам нас найдет.

Глава 16

Сохатый исподлобья глядел на смиренного брата, принесшего весть. Тот съежился под тяжелым взглядом, но старался держаться браво, как велел монастырский устав. Если бы кто-нибудь мог видеть его лицо, навсегда скрытое от чужих взглядов выцветшей черной маской, он бы увидел капли пота, выступившие на лбу монаха. Взгляд Настоятеля не предвещал ничего хорошего.

— Он совсем близко, — точно сомневаясь, что Сохатый все правильно расслышал, повторил брат Викарий, — загнал существо в нашу ловушку. В перископ я насчитал около двух десятков попаданий. То, что осталось от мерзкой твари, сожрали его псы.

— Молокосос убил Охотника? Это что-то новое, — преемник Майора поднялся из-за стола. Новость обескураживала, ученик Бирюка утер ему нос, кажется, даже не вспотев.

— Сейчас этот… — собеседник отца Настоятеля замялся, — в общем, лежит. Мы легко смогли бы взять его.

— Нет, — хозяин бунка покачал головой.

— Но, если мне будет позволено заметить, этот Лешага опасен! Чрезвычайно опасен для нас всех и… — наблюдатель понизил голос, — осмелюсь сказать — для вас. Братья шепчутся, они в недоумении. Говорят, вы потеряли хватку. Какой-то чужак с диким зверем и самкой умудрился нанести серьезный урон нашим рядам, сразиться с вами и уйти безнаказанным. Конечно, благодаря его паломничеству, у нас теперь нет былого недобора, мы можем соблюсти условия договора и отправить положенную дань за Рубеж. Но, как вы только что могли убедиться, теперь этот воин прекрасно знает, где находится обитель и как сюда войти. Мы в опасности, ваше преподобие. А что, если завтра он вернется не только во главе стаи лесных псов, но и с вооруженной оравой, — монах передернулся, — чешуйчатой мерзости?!

— Ступай, — холодно и жестко, точно вдавливая в лобовую кость собеседника каждое слово, проговорил отец Настоятель. — Те, кому показалось, будто я утратил хватку, пусть без стеснения идут ко мне. И мы… — он пожевал губами невидимую травинку, — досконально обсудим этот вопрос. Если желаешь, можешь стать первым. Если нет, отставить разговоры! Слушай мою команду, брат Викарий. Всем готовиться к походу. Мне нужны телеги с двойным дном. Много телег.

Он встал и подошел к книжной полке, показывая, что аудиенция окончена. Викарий, молча поклонившись, вышел.