Надежда рода

 – Нина, щит!

Мог бы не просить, и так держала его с того момента, как увидела магию льда в действии. Игнат выскочил из паромобиля и, вспыхнув огненными протуберанцами, выпустил стену пламени, которая с шипением атаковала белого убийцу. В воздух взметнулось облако пара, лишив обзора и окутав узкую улочку плотным туманом.

– Вперед! – донесся из белой мглы рык Игната, – я долго не удержу!

Гаврила вдавил педаль газа до упора, и машина, с визгом работающих на пределе механизмов, сорвалась с места. Мы с ходу врубились в молочную пелену и сразу ослепли из-за упавшей до нуля видимости. Впрочем, дорога тут одна, а паромобиль уже стоял по ходу движения. Главное – не пропустить поворот в конце улочки. Столкновение переживем, бронированный корпус и не такое выдержит, но приятного в этом мало.

Юленьку брат сам усадил в креслице и застегнул ремни безопасности. Булатов тоже сообразил, что делать, следуя нашему примеру. Урядов немного не рассчитал, развернувшись в последний момент так, что левым боком мы стесали стену дома. От столкновения вымороженная до основания часть здания обрушилась, открывая жуткую картину того, что находилось внутри. Взгляд выхватил полупрозрачные человеческие фигурки, крепко прижимающиеся друг к другу в поисках защиты, обеденный стол с замороженной едой и застывшими струйками пара над чайником. Затем водитель снова нажал на газ, и паромобиль, виляя, выскочил на соседнюю улочку.

– Вырвались! – с тревогой обернулась назад, где в ловушке остался Игнат. – Не успеет! Стой! – схватила Гаврилу Силантьевича за рукав, и тот отреагировал, сразу ударив по тормозам. – Как только уйду, езжайте в гостиницу. Алим… – прислушалась к себе, – он жив и, скорее всего, уже там. Не ждите нас, забирайте вещи и выбирайтесь из города. А мы с братом найдем Лизу. Берегите Юленьку!

– Понял, боярышня! – Урядов кивнул.

– Нина Николаевна, я с вами! – поднялся с места Булатов. – Прикрою, если что.

– Нет, вы останетесь! – строго посмотрела на мужчину. – И защитите нашу семью, если потребуется.

Усмехнувшись, я открыла тропу, ориентируясь на метку и зов родной крови. В отличие от Гордея Ивановича, Гаврила знал, что в таких ситуациях спорить нет смысла. В схлопнувшемся за спиной проходе я услышала натужный рев двигателя и ощутила смазанное касание рванувшего вперед паромобиля. А впереди уже открылось окно выхода, в котором увидела напряженную фигуру брата, с трудом сдерживающего подступающий со всех сторон лед.

– Мы вырвались! Они в безопасности! – привлекла к себе внимание Игната.

– Зачем? Ты. Пришла, – процедил он сквозь сжатые зубы, – Ли-за.

– Вот именно! Уходим! Приготовься.