Надежда рода

 – Сегодня я провел обряд братания для Алима Самона Зельмана и Нины Гладьевой, о чем повелел внести запись в малую летопись нашего народа. Впервые на моей памяти такой союз получил одобрение на высшем уровне. Отныне на одного ашкеназца в нашей семье стало больше. Наами Тиква Неэман-Кушель Зельман теперь одна из нас и поэтому законно присутствует в зале. О магических способностях девочки мне ничего неизвестно.

– Хм, вы правы, Наами имеет право находиться в зале, – признал герр Кальман-Виленталь, – а что насчет магии?

– Пусть тот, в ком нет ни капли магии или он ни разу ею не пользовался, первым кинет в меня камень, – бросил вызов Алим.

Какой же поднялся гвалт! Слова помощника оказали эффект разорвавшейся бомбы. Почтенные старцы, потрясая бородами, с пеной у рта доказывали, что за такое оскорбление Алима следует исключить из списка кандидатов. Что надо непременно изгнать и заставить понести суровое наказание, и что такого оскорбления ни в коем случае терпеть нельзя. В итоге что-то все же полетело в сторону помощника, но со звоном отскочило от щита. Я переместилась к молодому человеку и встала рядом. Подобная демонстрация магии, да еще в зале совета, где отродясь не применяли ничего подобного, выглядело кощунством. Только члены совета помалкивали, настороженно переглядываясь между собой.

Я достала пирамидку, поставила на пол посередине арены с трибуной и активировала полог молчания. Тотчас крики отсекло барьером. Веские слова в нашу защиту надлежало сказать Алиму, как мужчине и будущему великому князю.

– Вижу, герры не удивлены и понимают, о чем идет речь. В каждом из нас сильна магия разума, которая является истинной причиной способностей ашкеназцев к точным наукам и неуемному стремлению к знаниям. Инициация – это запечатывание способностей и сокрытие от посторонних глаз.

– Откуда тебе известна информация, доступная лишь избранным? – сурово спросил Шломо Кальман-Виленталь.

– Он узнал ее от меня, – выступила вперед. – Потому что именно от таких, как я, вы скрывались на протяжении столетий и заставляли собственных детей испытывать невыносимые муки. Но я не выдам тайну, если вы сохраните мою. И еще… магия и наука ушли далеко вперед, прежние способы уже не помогают. Однако вместе мы найдем решение, как не калечить детей и в то же время сохранить независимость ашкеназского народа.

– Ты говоришь правду или искренне веришь в нее, – растягивая слова, произнес один из советников. – Однако о многом умалчиваешь, и в то же время предлагаешь вручить тебе наши судьбы? Алим Самон, ты как никто знаешь порядки. Алим?

Я тоже взглянула на помощника, который буравил взглядом кого-то по ту сторону щита.