Ночь над прерией

Стоунхорн поискал убитых или следов раненых: ведь он был убежден, что дважды попал. Но, наверное, третий забрал обоих своих товарищей с собой. На это он должен был затратить время.

Стоунхорн втянул в себя воздух. Пахло горелым мясом. Он пошел на запах и нашел между скал два тела с совершенно сгоревшей одеждой. Опознать трупы было невозможно. Это мог сделать только третий, чтобы не напали на его след.

Что произойдет, если Стоунхорн сообщит о происшествии полиции?

Станут производить расследование, почему Джо застрелил людей, как потом нашел обугленные тела. Он конокрадов окликнул, они тотчас схватились за оружие. Право самозащиты было, определенно, на его стороне. Но поверят ли ему или, возможно, клятва того, третьего, который ушел, перетянет?

Стоунхорн медленно пошел назад, к чужой лошади, которую он крепко привязал. Если он теперь поедет на ней, он тоже, собственно, будет конокрад? У него не было ни одного свидетеля.

Настроение у него испортилось: о чем бы он ни подумал, все было не в его пользу. И не на кого было опереться, ни близкого друга, ни отца. Жена могла многое, но она не мужчина.

Джо отпустил чужую лошадь и пустился в путь пешком. Он даже был в состоянии бежать, у него были деньги в кармане, и, возможно, ему удастся обнаружить, где третий с Пегим и гнедой кобылой. Пока была одна-единственная дорога, их разделяло только расстояние.

Через два часа Стоунхорн достиг развилки и повернул на Нью-Сити. Это был ближайший населенный пункт, где воры могли надеяться потихоньку сбыть дорогих коней. В середине дня Стоунхорна догнал попутный грузовик, и водитель посадил его, хотя он был индеец и имел при себе оружие. Вечером Джо оказался в Нью-Сити и был радушно принят Элком. Он рассказал молодому индейскому священнику о краже лошадей, но ни слова не проронил о том, что разыгралось в глуши Бэд Ленда. Так как было еще не слишком поздно, Джо мимоходом зашел к Расселу, своему коллеге по ловле телят, чтобы информировать его и приветствовать, в заключение посетил с той же целью свою сестру в кишащей детьми хижине. Девочки и мальчики сразу же повисли на молодом дядюшке — победителе родео, и Джо в мыслях обратился к тому дню своего триумфа, о котором под давлением последующих событий почти совсем забыл. Но и эти воспоминания тоже больно кольнули его, образ Пегого возник перед ним так отчетливо. Он отдал сестре на сохранение свое охотничье ружье; пистолет, однако, оставил при себе. Он не стал долго задерживаться у Маргарет, только попросил не запирать дверь, потому что хотел ночью вернуться, но это могло произойти и очень поздно. Он намеревался пойти в большой салун, где собирались рабочие, торговцы скотом и ковбои, заходили, случалось, и темные дельцы, появлялись и индейцы предместья.