Ночь над прерией

Цель мероприятия вам понятна?

Между тем суперинтендент привел в порядок папки на столе и принялся затем обдумывать дальнейшие аспекты своей речи, обратив по своему обыкновению взгляд на висящую против его письменного стола картину. Она принадлежала кисти известного индейского художника, который оставил резервацию десять лет назад и жил на Востоке. Скупыми средствами были изображены дикие лошади в прерии, их сила и движение были переданы штрихами, которые позволяли глазу в смятении находить покой.

— Ваш муж, миссис Кинг, — снова начал мистер Холи, — из опасения мести бандитов — и это понятно — не захотел дать никаких показаний. Теперь, когда он в безопасности, ему совершенно нечего бояться. Наберитесь на несколько недель терпения, и вы получите вашего супруга в свое распоряжение. Кроме того, я рад вам сообщить, что Браун доложил мне о новом почине на вашем ранчо. Дом, пользовавшийся раньше лишь дурной репутацией, начинает превращаться в образцовый. Мы понимаем, что вам мы обязаны этим, и мы благодарим вас, миссис Кинг. Если за время вашего недолгого пребывания в одиночестве вам потребуется какая-нибудь помощь, вы можете в любое время прийти и изложить вашу просьбу, и мы сделаем все, что в наших силах.

— Где мой муж? — спросила Квини.

— Этого я вам, в интересах его собственной безопасности, в настоящий момент сообщить не могу. Не хотите ли вы написать ему?

— Да. А я получу ответ?

— Само собой разумеется.

— Можно написать прямо сейчас? — Когда Квини увидела, что сэр Холи высоко поднял брови, она добавила: — Только одну фразу!

— Если вам это кажется достаточным…

Суперинтендент отыскал лист бумаги без печатного текста и протянул его Квини.

— Наверное, вы правы. Таким образом можно вообще избежать всякой шумихи.

Квини написала на языке своего племени: «Инеа-хе-юкан. Я мечтаю. Тачина».

Суперинтендент дал вместе с листком конверт, но Квини отдала обратно исписанный листок открытым, несложенным.

— О, вы пользуетесь кодом?

— Нет, своим родным языком.

— Да, пожалуй, лучше передать это письмо так, как оно есть. Уголовная полиция сделает, если найдет нужным, запрос. — Суперинтендент, казалось, был огорчен. — Есть у вас еще какие-нибудь вопросы, миссис Кинг?

— Может быть, все же есть?

— Да, наверное, есть. Где был отдан приказ об аресте?

— Могу я пригласить адвоката?

— Конечно, можете, но это, по существу, бессмысленно, потому что он содержится под арестом не из-за каких-нибудь подозрений, а исключительно в качестве меры безопасности. Через две недели я еду в Вашингтон на конференцию при нашем Центральном бюро.