Начало (Я есмь)

А потом вдруг… вот как это объяснить? Сидел человек в кресле, и исчез, а на его месте появился корабль. Нет, не так, я сам стал яйцом.

Я ощутил его, как нечто единое целое со мной, я был им, а оно было мной. Странные ощущения: побаливают опоры, особенно правая, что-то не так с двигателем, надо бы провести балансировку, пока вроде неплохо, но мощность упала до восьмидесяти трех процентов. Оператор не полностью соответствует по характеристикам, правда, есть возможность исправления. Но главное, что я ощутил – это желание полета. В чем смысл находиться в доке матки, когда вокруг космос, манящий и бесконечный?

Тележка потащила меня к выходу, потом выбросила за борт в открывшуюся дыру в борту, и меня медленно понесло к блестящим звездам. Я крутанулся на месте, выискивая самую яркую, а потом полетел к ней. Быстрее, еще быстрее! Еще!!! Звезды слились в единые блестящие линии, и тут что-то внутри меня тихо сказало:

– Начинаю торможение.

И мой щенячий восторг сразу куда-то исчез. Блин, работа эта. Кому она нужна? Мой кораблик подплыл к большой глыбе, я посмотрел цифры, в принципе можно взять, шестнадцать процентов никеля, в трюм правда не входит, великовата глыба, но тут что-то во мне сдвинулось, и мое яйцо начало обволакивать камень. Пара минут, и он как-то оказался внутри меня, правда, я сам при этом раздался как беременная самка бегемота. Пару секунд я пытался понять, что произошло, но понял только, что сам тупой. Что толку анализировать то, что не понимаешь? Набрал руды? Набрал! Ну и ладушки. Тогда поехали.

А вот беременным то лететь оказалось не так просто, скорость уже быстро не разовьешь, инерция большая, да и на поворот требуется время. Я начал подлетать к станции, понемногу замедляя ход. Еще не хватало врезаться в

фабрику, где я потом денег возьму на ремонт, и так в долгах, как в шелках.

– Чел, ответь диспетчеру.

– Диспетчер, это чел, что-то не так? – мысленно произнес я. – Какие-то проблемы?

– Так ты не сдох? – поинтересовался амп. – А то мы тут вчера немного перепили, многое из памяти куда-то смылось. Помню, как уговаривали меда, чтобы он тебе поставил другой нейрошунт, а он упирался. Что дальше было, чел?

– Вы его уговорили поставить мне в башку какую-то древнюю рухлядь из разрушенной космической станции, при этом заключали пари – выживу я или нет? – ответил я. – Вроде так.

– Точно! – диспетчер чем-то защелкал у себя. – Ну, вот оно пари, я же помню, как спорили о том, сдохнешь ты или нет, а если сдохнешь, то когда. За то, что ты сдохнешь при установке нейрошунта, вложили деньги пятьдесят три ампа, за то, что умрешь в течение недели еще сотня, а вот за то, что ты выживешь, ответили деньгами лишь семеро, и я среди них.

–Последние слова амп проговорил упадшим голосом.