Начало (Я есмь)

А когда в яйцо хлынул прохладный воздух станции, я минуты три никак не мог надышаться. С моего лица ушла темно-зеленая масса, и я обнаружил, что лежу на полу, а кресло пилота куда-то делось. Охая и ахая, я поднялся с пола и пополз в кишку, которую здесь была коридором и выпал в док, на этот раз яйцо даже лестницу не выдвинуло. Хоть и невысоко, но все равно больно.

Ко мне подошел техник и помог подняться.

– Что же ты такой неуклюжий, чел, уже и ноги тебя не держат что ли? – пробурчал он. – Пойдем, покажу, что ты натворил.

Мы пошли с ним вокруг яйца, и в боку я увидел рваную дыру, сквозь которую виднелись какие-то ребра, шланги и разные полости, заполненные неизвестным мне материалом.

Я молча покивал головой. А чего тут говорить? Да, урод, да понимаю, только сделать ничего не могу. Можно, конечно, покричать, что меня подставили, что не дали позаниматься на тренажёре, поэтому я и наделал всяких глупостей, только смысла в этом никакого нет. В этом мире никто никому ничего не должен, это я понял еще в детском саду, когда мне разбили голову детской машинкой. Смеялись все. Тогда воспитательница мне сказала, чтобы я родителям признался в том, что сам упал и ударился, иначе у меня и моей семьи появятся серьезные проблемы, потому что у мальчика, который меня ударил, папа большой начальник.

Я послушался, потому что уже тогда понимал, ни в одном конфликте смысла нет, и если кто-то тебя круче, то не стоит доказывать, что ты тоже крутой. Зачем? Доказывать вообще никогда ничего не стоит, бесполезно это. Тот мальчик папы начальника потом сам упал с горки и сломал себе руку, такой он оказался неуклюжим. И как-то так повезло, что никого рядом с ним не было в тот момент, а то бы обязательно кого-то обвинили и наказали.

Правда, мальчик, когда его стали расспрашивать, почему упал, попытался рассказать, что упал он неслучайно, а кто-то ему под ногу подсунул доску, и из-за нее он потерял равновесие. Горку осмотрели, никакой доски не нашли, да и как ее могли найти, если я ее спрятал в подвале? В общем, воспитательницу за недосмотр уволили, а мальчика перевели в частный детский сад.

Все закончилось хорошо, только уволенная воспитательница на меня перед уходом смотрела каким-то долгим, непонимающим взглядом. Похоже, она не очень поверила, что я в этом деле не при чем, и это несмотря на то, что трое пацанов и одна девчонка сказали о том, что я от них ни на миг не отходил, и мы вместе играли в песочнице. Алиби стоило килограмма конфет, но я не жалел, зато приобрел верных друзей до конца детского садика, которые меня защищали. А чего жалеть? Лично я и сейчас скажу, что этот мальчик поскользнулся. А смысл доказывать кому-то что-то?

Того мальчика никто не любил за спесь и наглость, возможно поэтому меняи прикрыли.