Академия. Начало

Кое-какие паутинки протянулись и во Дворец – не слишком прочные, не слишком надежные, но протянулись-таки. Ничего, скоро они станут прочнее.

Уже несколько дней подряд стояла хорошая погода – теплая и солнечная, такое на незащищенной куполами дворцовой территории случалось крайне редко.

Гэри помнил: Дорс как-то рассказывала ему о том, почему именно этот район Трентора, где зимы были так холодны и так часто лили дожди, был выбран местом постоянной резиденции монархов.

И, как всегда, когда слышал нечто подобное, Селдон задумался: что могла по этому поводу сказать психоистория? Можно ли было с ее помощью предсказать, что какой-то участок поверхности Трентора останется без купола? Допустим, это можно было бы предсказать, но наверняка ответа на вопрос о том, какой именно участок ожидает такая судьба, не последовало бы. Но, может быть, и первый вопрос остался бы без ответа? Может быть, с помощью психоистории удалось бы установить, что не покрытыми броней останутся несколько участков поверхности, а может быть, не останется ни одного? Как можно было опираться в расчетах на личные желания или нежелания некоего Императора, который в критический момент оказался бы на престоле и принял решение… Да мало ли что могло на него тогда найти – хоть умопомрачение! Вот так возникает хаос – хаос и безумие.

Клеон Первый, без сомнения, наслаждался прекрасной погодой.

– Я старею, Селдон, – признался он. – Да не мне вам об этом говорить. Мы ведь с вами ровесники. Нет, конечно, то, что мне неохота играть в теннис или идти на рыбалку, это само по себе вовсе не признаки старости… Кстати говоря, пруд недавно вычистили… Ну так вот: почему-то мне стало гораздо более приятно просто гулять по парку.

Разговаривая, Император грыз орешки, по форме напоминавшие столь любимые на Геликоне тыквенные семечки, но крупнее и не такие нежные на вкус. Клеон аккуратно разгрызал скорлупу и отправлял орешки в рот.

Селдон не был большим любителем этих орешков, но, конечно же, не смог отказаться, когда Император угостил его, и вынужден был съесть несколько штук.

Рука Клеона была занята скорлупой, и он растерянно смотрел по сторонам, не зная, куда ее выбросить. Урны-дезинтегратора поблизости не было. Зато неподалеку, вытянувшись по струнке, как и следовало в присутствии Императора, и почтительно склонив голову, стоял садовник.

– Садовник! – окликнул его Клеон.

Садовник поспешно приблизился.

– Выбросьте куда-нибудь мусор, – сказал Клеон, пересыпая скорлупу в услужливо подставленную ладонь садовника.

– Тогда уж и у меня заодно заберите, Грубер, – попросил Селдон.

Грубер протянул руку и почти застенчиво проговорил:

– Слушаюсь, господин премьер-министр.

Он поспешно удалился, а Император с любопытством посмотрел ему вслед.