Гражданин начальник

То как быть с женой? Как нам быть с Ларисой? – Пафнутьев склонился над столом, стараясь заглянуть Заварзину в глаза.

– Не пойму, что вы хотите?

– Хорошо. Разобью вопрос на несколько, чтобы он был более доступен, – пустил Пафнутьев первую шпильку. – Знакомы ли вы с Ларисой Пахомовой?

– Слышали ли когда-нибудь это имя?

– Знали ли вы о ее существовании на белом свете?

– Подпишите вот здесь... Благодарю. Из всего этого следует, что вы не знаете, где она работает, где живет, с кем общается?

– Я ее вообще не знаю! – заорал Заварзин.

– Слушайте, что-то много подписей... Так не бывает!

– А откуда вы знаете, как бывает? Вы уже сталкивались со следователем? Привлекались к уголовной ответственности? Были в конфликте с правосудием?

– Никогда. Ни разу. И не собираюсь!

– Почему же вас смущает, что приходится подписывать свои собственные заявления? Обычная практика. Правда, чаще она применяется во время очных ставок, когда требуется устранить противоречия в показаниях нескольких свидетелей или подозреваемых. Но поскольку вы делаете очень важные заявления, а они находятся в противоречии с данными, которыми располагает следствие, то я, чтобы устранить эти противоречия, и прошу подтвердить сказанное. Что же в этом плохого? Ведь таким образом вы полностью устраняете мою предвзятость, если она каким-то образом проявится. И ваша позиция на суде будет неуязвима, разве нет?

– Что-то вы рановато о суде заговорили, – растерянно пробормотал Заварзин.

– Ничуть. По-моему, в самый раз. Да и зачем вам-то об этом думать? Это мои проблемы.

– А о каких противоречиях вы говорили?

– А! – Пафнутьев махнул рукой. – Дело в том, что некоторые люди утверждают, будто вы не единожды катали на своем роскошном «Мерседесе» вышеупомянутую Ларису Пахомову.

– Мало ли кого я мог подвезти! Сотня на бензин никогда не помешает.

– Дело в том, что свидетели утверждают, будто вы заезжали за Пахомовой к ней домой, где она проживала вместе со своим мужем Николаем, тем самым, который был застрелен на прошлой неделе, о чем вы ничего не слышали, хотя весь город...

– Хватит! – не выдержал Заварзин. – Хватит надо мной издеваться!

– Простите, – Пафнутьев виновато склонил голову. – Если у меня невзначай сорвалось какое слово непотребное, если нечто неуважительное сорвалось... Прошу меня извинить. Я старался следить за своей речью, потому что знаю – некоторые свидетели очень болезненно относятся к словам следователя и могут истолковать их превратно, поскольку сама обстановка...

– Прошу вас, хватит, – простонал Заварзин. – Ничего обидного вы не произнесли. Нет у меня на вас обиды! Нет!

– А как же нам быть с Ларисой?

– Тут какое-то недоразумение.

– Ну что ж, давайте разберемся...