На зоне

Приглашение Шрама на роль главаря питерской братвы. Шрам был человеком серьезным, хотя, пожалуй, и излишне честолюбивым. Именно потому, что Шрама всегда чуть больше, чем положено вору, волновала собственная шкура, Варяг приставил к нему Пузыря. Негласно приставил. Так, что об этом знали только они двое. Нет, Шрам не был трусом, он был слегка, совсем немного, жадным – не до денег, до власти. Теперь Варяг понимал, что поторопился и, вполне возможно, совершил тогда ошибку, допустив этого человека до столь серьезного дела. Ведь, в сущности, всем известны недостатки Шрама. Но уж больно сложной была обстановка в Питере. И нужно было определяться со смотрящим быстро, пока питерские бандиты не успели опомниться от серии взрывов и выстрелов. Варяг тогда посчитал, что достаточно, если при Шраме будет его, Варяга, человек – преданный, как собака, толковый, самостоятельный, сильный. Такой, как Пузырь (Трубач его очень ценил и рекомендовал). Преданный ли? Теперь Варяг и в этом сомневался. Кто знает… Власть делает с людьми самые невероятные штуки. Если Пузырь был верен и клялся Варягу служить ему верой-правдой до гроба, то почему он не сообщил ему о заговоре против смотрящего по России? Почему никого не предупредил? Не заметил? Или не захотел заметить? А может, он вместе со Шрамом? А, черт! А может, уже убит?.. Да нет, не может быть. Узнать о том, что Пузырь – человек Варяга, Шрам мог только от него самого, и только в этом случае постарался бы от него избавиться.

«Но почему я так решил, что все затеял Шрам?» – поймал себя на мысли Варяг. Не проглядеть бы реального врага. Если это Шрам, то?.. Почему тогда в деле замешаны менты, ФСБ и кто-то там еще? При чем тут государственники? Не круче ли дела обстоят? Варяг терялся в мыслях: слишком много вопросов и слишком мало ответов. Ясно было одно – в Питере предательство, в котором замешан один из самых доверенных людей Шрама! Кое-кто из воров ссучился, и это нужно немедленно выяснить и удавить гада ползучего. Удавить собственными руками."

"Он по-прежнему не давал себе думать о Нестеренко. И о семье. Светлана и Олежек были его слабым местом, и, зная это, кто-то там, видимо, посчитал необходимым взять их как заложников. Уничтожать их нету никакого смысла, скорее всего они живы. Но что же тогда все эти люди захотят от него? И самое главное, кто-то стремится его убрать, а кто-то желает шантажировать. Вот корень.

Душа болела, болела так, что временами Варягу не хватало воздуха, и он приоткрывал окно, впуская холод в машину. С тоской глядел в темноту, как будто пытаясь там разглядеть истину.

* * *Едва прибыв в Питер, Варяг первым делом позвонил Пузырю и, услышав его голос, повесил трубку. Через пять минут он стоял на пороге его квартиры, нажимая на кнопку звонка.