На волнах оригами

Наверное, лучше уйти.

А как же халявная еда?!

– Не уходи, – вдруг сказал Кирилл, словно прочтя мои мысли. – Ненавижу есть в одиночестве, – признался он вдруг. – Составь компанию. Я, не подумав, ответил.

И я осталась.

Мы приступили к обеду, и блюда были великолепными, вот только есть мне совсем не хотелось, и все мысли были об Антоне.

– Давно вместе? – поинтересовался Кирилл, нарушив тишину. – Ревнивый малый, да?

– Не очень давно, но теперь мне кажется, что я знаю его всю жизнь, – призналась я.

– Поссорились из-за меня? – прямо спросил музыкант.

– Нет, – ровным тоном отвечала я. И до конца трапезы мы почти не разговаривали.

После мы направились к отелю, около которого, и правда, не было поклонников «Лордов», и благополучно оказались внутри. В это же время Антон писал, что погорячился и извинялся, а я отвечала, что все хорошо, и тоже извинялась в ответ. Я рада была знать, что так болезненно дорога ему, однако мне совсем не хотелось, чтобы Антон мучился из-за меня.

Любовь учит прощению. И, кажется, я была на пути к нему.

«Что бы ни случилось – я люблю тебя», – печатала я Антону уже в лифте, поддавшись романтическому порыву. Отвлек меня заинтересованный взгляд Кезона, который был направлен то ли на меня, то ли в мой телефон.

– Вот я вроде бы известный музыкант, у меня фан-клуб, шикарные тачки и вилла, но, кажется, не помогает, – смеясь, сказал он.

– Что не помогает? – не поняла я.

– Завоевать твое внимание, – шутливо поклонившись, пропустил меня вперед Кирилл, и я первой вышла из зеркального лифта.

– Ты так любишь внимание? – посмотрела я на парня.

С одной стороны, он очень мне импонировал. А с другой, мне до сих пор было неприятно, что он ответил на звонок. Какой-то он странный. И слов его о «На краю» я не могу забыть до сих пор.

– Я эгоист, – честно признался Кирилл. – К тому же, когда люди узнают, кто я, начинают вести себя… Иначе.

– Как? – спросила я, уже стоя около своей двери.

– Не так, как ты, – ушел от ответа музыкант. Он так и оставался в своих темных очках, а потому выражение глаз угадать было невозможно.

– У меня есть иммунитет, – улыбнулась я ему напоследок и вошла в свой номер.

Ниночки, естественно, еще не было. И я, пообщавшись с Антоном и удостоверившись, что он вроде бы пришел в норму, включила расслабляющую музыку без слов и часа полтора наслаждалась одиночеством, пытаясь вернуть себя в равновесие и почти наяву чувствуя губы Антона на своих – до тех пор, пока не вернулась Ниночка.

Возвращалась она громко.

Дверь, казалось, распахнули пинком. Я тотчас выключила музыку и выбежала подруге навстречу. Было ужасно интересно, как она провела время со своим кумиром.

– Ну, как свидание? – спросила я с огромным интересом, гадая, смог ли Гектор переплюнуть Келлу.