На воле

– Конечно, Владислав Геннадьевич, мы копаем в этом направлении. Кое-кого уже привлекли на свою сторону.

Варяг не спешил. Иногда он останавливался, чтобы посмотреть, как рыбаки с длинными тонкими удочками в руках, замерев над гранитным парапетом, пытаются подсечь неосторожную рыбку. Лицо его было непроницаемо.

– Я вот что тебе скажу, полковник, – заговорил наконец Варяг, – действуешь ты верно, но меня интересует Заварзин. Со своей стороны я тоже наводил о нем кое-какие справки. Кроме того, что он умеет брюхатить юных девиц, в кумовьях у него состоит заместитель председателя верхней палаты. Так что он мне нужен! Предлагай ему любые деньги, уговаривай, наконец, объясни ему, что мы собой представляем, но он обязательно должен быть нашим!

Чижевский замедлил шаг. Варяг мгновенно обратил внимание на перемену в настроении полковника.

– Что-нибудь хочешь добавить, Николай Валерьянович?

– А как поступить, если он все-таки не согласится?

– Ты меня начинаешь удивлять, Николай Валерьянович. Неужели мне учить бывшего полковника КГБ?

С Москвы-реки подул сильный ветер, который мгновенно растрепал аккуратную прическу Варяга и сделал его похожим на задиристого мальчишку.

– Я все понял. Разрешите выполнять, Владислав Геннадьевич? – почти по-уставному спросил полковник.

– Сколько уже лет прошло, а военная косточка по– прежнему в тебе сидит, – не то похвалил, не то укорил его Варяг. – Выполняй.

Глава 22

Павел Петрович Заварзин поставил машину на сигнализацию и затопал от стоянки прочь. Метров через двадцать он обернулся и не без удовольствия отметил, что его «тойота» выгодно отличается от стоящих рядом машин не только благородным цветом, но и союз временной каплевидной формой. В салоне машины на передней панели ярко-красной точкой мигал маячок, призванный отпугивать автомобильных воров. Особой гордостью Заварзина был номер его машины, благодаря которому инспектора чуть ли не честь отдавали темно-зеленой «тойоте».

Заварзин был из тех людей, которые не строят относительно своего будущего блистательных иллюзий. Он всегда довольствовался минимумом, а свое сегодняшнее положение воспринимал как выигрыш в лотерею. Разве мог он предположить три года назад, что станет заседать в Государственной Думе, что сможет едва ли не пинками распахивать двери высоких кабинетов, а начальник Госснабвооружения сделается одним из ближайших его друзей?"

"Павел Петрович остановился у края проезжей части, терпеливо пропустил все машины и зашагал через дорогу. Плотный, слегка рыхловатый, он выглядел весьма заурядно, практически ничем не отличаясь от большинства мужчин среднего возраста, которых мы каждый день видим в толпе.