На улице Мира

"

"Руднева закопошилась на своей кровати, по всей видимости, открыла глаза, а затем пронзительно заверещала. Да так звонко, что у меня заложило уши. «Тень» от неожиданности дернулась и врезалась в Дианкину тумбочку с многочисленными банками-склянками. Тут же раздался страшный грохот и звон – бутыльки посыпались на пол. Тогда «тень» в ужасе бросилась к двери, но тут произошло что-то совсем невероятное. Амелия вдруг вскочила с кровати и буквально в два прыжка настигла незваного гостя как раз в тот момент, когда «привидение» уже ухватилось за дверную ручку. Запрыгнула сзади на спину и повалила на пол… Дверь со стуком распахнулась, и Амелия вместе с «тенью» вывалилась в коридор. Тут же в нашу комнату проник тусклый желтый свет.

Ирка ворчливо поднялась с кровати, чтобы проверить, кто посмел нарушить наш покой. Диана же сразу бухнулась на колени и принялась собирать упавшие с тумбы банки.

– Блин! Пусти! Ниче не вижу! – мужским голосом вопил некто, завернутый в простыню.

Мы с Иркой, укутавшись в одеяла, выскочили в коридор.

– Пугать нас вздумал? Пугать беззащитных девушек! – рычала от злости Амелия, мутузя бедное «привидение». «Беззащитная девушка» Циглер пыталась стянуть с головы парня простыню, но у нее ничего не получалось. В итоге сама в ней же и запуталась. Рыча от злости, вдвоем с «тенью» Амелия покатилась по коридору. На жуткий шум из своих палат в одних сорочках и коротких пижамках выглянули другие сонные девчонки.

– В чем дело? Что происходит? – шептались они.

Наконец Амелии удалось сорвать простыню, и Ирка, углядев, кто скрывался под ней, сжала кулаки и кинулась к парочке на полу.

– Данька! Что за фигня? А ну, вставай!

– Не могу! – пропыхтел Третьяков под Амелией. – Не видишь, твоя подруга меня очень эротично оседлала!

Циглер, сидевшая на Дане, вмиг стала пунцовой. А когда Даня зачем-то потянул к Амелии руки (видимо, для того, чтобы снять девчонку с себя), одноклассница залепила такую звонкую пощечину, что все ахнули. От произошедшего были в шоке не только мы и Даня, но и, кажется, сама Амелия.

– Ты чего руки распускаешь? – гаркнула Циглер.

Данька ухватился за щеку.

– Ты не могла бы на мне не ерзать? А лучше – вообще слезть! – проворчал Третьяков.

Амелия еще больше смутилась и, вскочив, понеслась обратно в нашу палату. При этом едва не сбила с ног вышедшую из комнаты Диану.

– Даня, так это ты? – рассердилась Руднева, увидев запутавшегося в простыне Третьякова. – Чуть все флаконы мне не переколошматил, гад! А Амелия куда?

Даня встал, продолжая растерянно потирать щеку. К нам уже спешил заспанный Боря.

– Завтра поговорим! – пригрозила брату Ирка, еще сильнее кутаясь в одеяло. Все девчонки быстро спрятались по палатам.