Единственная женщина на свете

Я к следователю со своими догадками тоже не спешу…

Выключив компьютер, я вновь поскребла затылок.

– Ну что? – спросила Верка. – Легче стало?

– Не стало.

– Ты сделала, что могла.

Она поднялась, подошла к двери, повернула ключ в замке. Это можно было расценить как предложение выметаться, но я не спешила. Было странное чувство, что я не вижу или не понимаю очевидного. Теплилась надежда: если я еще немного здесь посижу, то начну понимать.

Время шло, а озарением не пахло. Очень захотелось вскарабкаться на стену и немного поползать по потолку. Когда я собралась удалиться, сообразив, что удача не торопится навстречу, дверь распахнулась, и в комнату стремительно вошла женщина лет тридцати, высокая, очень худая, с длинными темными волосами, рассыпанными по плечам. Одета она была в серую юбку и блузку в полоску, очки без оправы, взгляд пристальный и даже настороженный. Я решила, что это секретарь Берсеньева, и оказалась права.

– Привет, – сказала девушка, переводя взгляд с меня на Верку.

– Привет, – ответила та и на меня кивнула: – Знакомьтесь, это Татьяна, а это Фенька.

– Та самая? – улыбнувшись краем губ, уточнила Татьяна. Что она имеет в виду, для меня осталось загадкой, а Верка заявила:

– Ага. – И обе на меня уставились.

– И чего? – проявила я интерес.

– Странная история, – покачала головой Татьяна.

– Берсеньев здесь? – влезла Верка.

– Нет. Но скоро должен появиться. То, что болтают про шантажиста, правда? – Она смотрела на меня, и стало ясно, что отвечать на этот вопрос тоже придется мне.

– Не знаю, что у вас болтают, но Милка сказала, что некий тип хочет денег.

– За фотку? На которой она с другим мужиком? – Я решила, что могу и не отвечать, раз уж девушка и без меня все знает. – Чудеса… – сказала она нараспев.

– Есть сомнения? – подала я голос.

– Ну… зачем ей врать подруге? Хотя… трудно представить, что она ему изменила. Может, раньше, но не после того, как они вернулись из Венесуэлы.

– Наблюдалась большая любовь?

– Огромная, – усмехнулась Татьяна. – Когда женщина с таким восторгом смотрит на мужчину, вряд ли ее посещает мысль об измене.

– А он на нее тоже с восторгом смотрел?

– С нежностью. Если честно, я завидовала. И вовсе не тому, что Милка шефа окрутила, а настоящему чувству с обеих сторон. По-моему, сейчас это большая редкость. Правду говорят, что несчастье сближает людей. Раньше Милка на него смотрела как на собственность, любила указать, настоять на своем. Видимо, его это раздражало, вот он и нашел ей замену. А в последнее время она вроде как тише стала, уступила первенство. В рот ему смотрела и готова была со всем согласиться. Да и он изменился. Впрочем, неудивительно. И вдруг такое несчастье.

– Как он, справляется? – спросила я.

– Держится, но это нелегко дается.