На страже чести

Две платформы башни – внутренняя и внешняя, открывали панораму Парижа, на все 360 градусов,

и его окрестностей, на 80 километров вокруг. Ночь была ясная, но, несмотря на теплую, летнюю погоду, находится на 280 метрах над землей, было холодно. Время близилось к полуночи, и на открытой смотровой площадке осталось всего несколько посетителей. Под ними горели огни города,

словно пылающие бриллианты. Ветер растрепал волосы Паулы, когда она наклонилась вперед,

чтобы увидеть картину целиком. Она держала руку Рене, благодарная ей за возможность чувствовать опору, ее голова кружилась от огромной высоты.

– Невероятно, правда? – Она усилила голос против ветра, а в ее глазах блестели слезинки.

Старк могла свалить это на ветер, но ее грудь сжало, отнюдь не из-за погоды или высоты. Все, о

чем она могла думать, находясь, словно у входа в страну чудес, это тихие слова женщины, стоящей рядом с ней. Она хотела запомнить две вещи об этой ночи: как смотрела на Париж с высоты Эйфелевой башни и как занималась любовью с ней.

Но Рене не смотрела на панорамы. Она не могла оторвать взгляда от лица Паулы, светившегося юношеским энтузиазмом, когда ветер рассыпал по нему ее темные волосы. Её пальцы крепко сжимали руку Рене, а голос был хриплым от волнения. «Надеюсь, ты никогда не научишься скрывать свои чувства».

– Красиво, – Рене подошла ближе, обняв руками Старк за талию, под курткой, и прислонилась головой к ее крепкому плечу. «Ты безумно красива».

Руки Старк, скользнув, обняли Рене, – Я очень рада, что ты позволила мне подняться на лифте. Не знаю как тебе, но мне пришлось бы лечь, когда мы пришли бы сюда и тогда я бы ничего не увидела. – Я уверена, ты смогла бы это сделать, – заверила ее Рене, – Но на самом деле я не хочу, чтобы ты устала так быстро. У меня еще есть кое-какие планы на эту ночь.

Старк слегка пошатнулась, а затем развернулась от обзорной панорамы, и встретилась глазами с Рене, – Ты знаешь, я постоянно волнуюсь, когда я рядом с тобой. На самом деле я возбуждена все время, когда просто думаю о тебе. Поэтому было бы здорово, если бы ты не напоминала мне об этом слишком часто, потому что я боюсь у меня начнется помутнение рассудка.

Рене запустила руку ей в волосы и притянула к себе. Не обращая внимания на проходящих мимо,

случайных людей, она поцеловала ее. Одна из причин, по которой она смогла ждать так долго и до сих пор не затащила Паулу в постель, заключалась в том, что ее сводили с ума одни только поцелуи с ней. Губы Старк были полными и теплыми, и невероятно пылкими, когда исследовали Рене, в

непрерывной волне мягких и нежных ласк. Каждый раз, когда она чувствовала крошечный отголосок боли, которая тут же успокаивалась от прикосновений мягкого, теплого языка, она понимала, что Старк слегка прикусила ее губу.