Индульгенция 4. Без права на сомнения

— А чтобы было веселее, — добавила она, и в ее глазах мелькнул огонек торжества, — «Жирафы» — те, что высокие, подписывают рапорты о нарушении дисциплины… на крыше моей башни. Туда ведет наружная лестница. Без перил. Ветер там сильный, так что будьте осторожны. — она повернулась к мелким. — А вы, светлейшие отпрыски — «Мышки», — в самом низу. В подвале. Где архив. С крысами. И призраком скучающего архивариуса. Приступать!

На полигоне № 7 воцарилась тишина, нарушаемая лишь всхлипыванием девушек и стонами парней. Два лагеря, еще минуту назад готовые разорвать друг друга за абстрактные идеалы, теперь с одинаковым ужасом смотрели на горы волшебного мусора и бесконечное поле воронок. Главнее вдруг оказался тот, у кого был посох… и список наказаний длиннее любой родословной.

— Только появился и сразу навел шорох, — обвинила меня в страшном грехе Света. Кстати, она оказалась умной — в драку не полезла, как и пара парней и девчонок — кажется, я видел их в Мранных. На полевой форме шевронов-то нет, но лица знакомые.

— Это они сами. Я вообще тут стоял, смотрел и даже подбадривал народ. Криками добрыми, да матом верным. А ты чего тут, а не там? Форму побоялась испачкать?

— Вот еще, — фыркнула она. — У меня и рост высокий, и родословная такая, что любой обзавидуется. И это несмотря на мое изгнание. Мне ничего доказывать не надо. А вообще — ты тут что делаешь?

— На урок пришел. Сказали…

— Раздоров!!! Твоих рук дело? –наконец Ирина свет Александровна изволила обратить на меня внимание, вспомнить о моем даре, а так же о моих руках на ее теле. Нет, так-то я уверен, что ей понравилось, но фиг же признается.

— Наговариваете вы на меня, госпожа преподаватель. Нехорошо это. Неправильно. Сами меня позвали. Сами спровоцировали драку. А виноват теперь Раздоров? Эдак можно меня и в образовании пустошей обвинить. Не ожидал я от вас такого. Нет, ведро с водой было интересным, как и веселящий газ — как полагаете, я должен был от него просто смеяться, или еще какая побочка бы вылезла? О веревку вы сами споткнулись… А все остальное — я даже не думал, что у вас тут так весело. Обязательно расскажу об этом Элеоноре Васильевне. Уверен, она захочет перенять опыт.

И пока я говорил, ее лицо все сильней наливалось кровью. Такое ощущение, что еще немного, и ее инфаркт хватит. Переборщил, что ли?

— Покажи мне, чего стоиш-ш-ш-шь, -зашипела она. Вроде род у нее не Земноводновы и даже не Гадюкины, а речь прям один в один как у них.

— Я не готов…. Вот так сразу… А как же поухаживать? И в постели разве не удобней будет это показывать⁈

— Достал!!! — из ее руки вырвалась плеть света и попыталась обхватить меня за ногу.

Но мне такие брачные игры ни разу не нравятся, поэтому фиг у нее чего получилось.