На руинах Мальрока

Женщин не опасаются, вот и не обыскали тщательно.

— Сколько тебе лет? Восемнадцать? Вряд ли больше двадцати! И ты говоришь, что сумела ножом быстро убить двух солдат? Пусть и неумехи, пусть совсем глупы, раз на такое дело отважились, но вряд ли они были калеками — даже сердце проткни, сразу не каждый упадет. — Дирбз недоверчиво покачал головой.

— Нож не главное, главное — рука, которая сжимает его рукоять. У нас, межгорцев, свои секреты есть. Мне, конечно, трудно было, но я знала, что делать. И мне повезло — все получилось как надо. Если мне не верите, то спросите этих людей.

— Так все и было, — кивнул один из «партизан». — Я был тогда там и видел, как Альру поволокли в кусты два подонка. А потом оттуда страшно закричали, и крик тут же оборвался. Когда туда побежали другие солдаты, все слышали, как они говорили, что та парочка мертва. Альра не обманывает — вы просто плохо ее знаете.

— Я не говорил, что она обманывает, удивился просто, — начал оправдываться сержант.

— И поделом им, ортарцам, — позлорадствовал Арисат, выразительно покосившись на Дирбза.

— Красавица, а что же дальше-то было? — Тук жаждал продолжения."

"— Дальше… А дальше… Бог в ту ночь был на моей стороне, затем мне опять повезло. Не успела отойти от холма, как наткнулась на камнелюдов. Точнее, они сами ко мне прибежали — по запаху нашли. Они, когда сбежали, не решились нас бросить, но и подходить боялись — их пугало то, что делали палачи. А Шобо при бегстве к тому же ранили — стрела пробила его шкуру, и пришлось мне его лечить. Не успела с ним закончить, как прогремел гром — приближалась гроза. Я обернулась назад, в сторону, где осталась кровавая яма, и поняла: бог дает мне возможность спасти остальных. Камнелюды сильные, ловкие, бесшумные — они очень опасны. Хотя нас было всего лишь трое, а солдат не меньше полусотни, надо было попробовать. Когда хлынул ливень, факелы стали бесполезны, а за ударами грома и шумом воды трудно было расслышать крики солдат. Мы убили нескольких в оцеплении и забрали их оружие. Потом спустились вниз, к людям, и отдали оружие мужчинам. Все начали разрезать путы, но поднялась тревога. Те, кто освобождались, бросались на солдат с камнями или просто с голыми руками. Хотя ортарцы были хорошо вооружены, но нас было много, мы были злы и нам нечего было терять. Даже женщины рвались в бой — я видела, как одна вцепилась в лицо солдату, выцарапывая глаза. Началась сильная суматоха, повсюду было много мертвых и раненых, я с трудом смогла собрать уцелевших и повести их к горловине. Еще не знала, что делать дальше, и просто ноги сами повели назад — лучше уж к перерожденным, чем… Не хотелось мне искать переправы через Шниру. Нечего нам больше делать в Ортаре.