Собственность Дьявола. Право на семью (СИ)

Кто она? В ней его ребёнок? Его же? Его???

Господи, неужели для Руслана я ничего не значила?

Он спал с ней?

Он зачал ребёнка в нашей постели?

Зачем ему наследник от другой?

Сволочь! У тебя есть дети! Твои дети! Двое! Твоя родная плоть и кровь! Зачем тебе чужой?

Ты же не любишь её? Не любишь! Правда, не любишь…?

Рус… Руслан… Ты же не можешь её любить!

Ненавижу…

— Ну да. Конечно же, хочешь увидеть папку. Ясно, как божий день! — сетует Тома, наполняя ванну горячей водой.

— Об отце ты тоже не подумала? Твоему Исаеву не пришлось бы тестю врать, что ты умерла. Тьфу! — эмоционально сплевывает няня. — Интересно, что Георгий на это скажет?

Отвлекаюсь на её слова. Подняв с колен зарёванное лицо, нервно выцеживаю:

— Гера мне не муж…

— Конечно, не муж, — Тома откровенно язвит, защищая Геру. — Он лучше. Он святой! Он — твой Ангел хранитель! А ты… — запнувшись, подбирает слова. — Не знаю, как точнее выразиться. Ты… Неблагодарная истеричка.

— Хватит, Тома! — эмоции, что копились в груди, внезапно вырываются из меня криком. В мозге что-то лопается, растекается по виску жгучей болью. Пробую растереть шишку пальцами и тихо стону. — Не видишь, как мне хреново? Не читай мне нотации. Дай мне спокойно умереть.

Опустив голову на колени, ещё крепче обнимаю себя. Сотрясаясь в немом плаче, до боли вгрызаюсь в губу. Солёный привкус расплывается по рецепторам языка. Сглатываю, ощущая горечь потери.

За что мне это? За что?

Зачем я увидела его с другой?

Как теперь пережить эту несоизмеримую боль?

Душа по новой разодрана. Нервы сожжены. Сердце — в клочья.

Чувствую себя выжженной пустыней с засоленной растрескавшейся почвой.

Откуда брать силы?

Одиннадцать месяцев работы над своими эмоциями пошли коту под хвост, как только я нырнула в его глаза.

Похоже, я в них снова утопилась…

Захлебнулась…

Ушла ко дну…

— Детей кто будет кормить? Монстриха… — няня смягчает тон. Подойдя ко мне, Тома подхватывает за подмышки. — Давай-ка, Машуня, вставай, детка. Примешь горячую ванну и в постель. Тебе нельзя болеть.

— Вряд ли я там долго пролежу, — хриплю, поднимая на женщину обречённый взгляд. — Я подставила Милану. Наверняка мой муж уже знает правду. Сейчас примчится и устроит здесь апокалипсис века…

Глава 13. Долгожданный гость

Маша

Десять вечера.

Укрывшись пледом, сижу в кресле у горящего камина. Гипнотизирую взглядом телефон, пью приготовленный Томой чай для лактации.

Одиннадцать исходящих звонков. Мила ни разу не ответила. Если обиделась, я, конечно же, её пойму. Но, блин… Как так можно, вообще? Она же знает, что я волнуюсь. Сама же предложила уехать, если что-то пошло бы не так.

Ситуация действительно вышла из-под контроля. Я едва не подставилась.