На поводу у сердца

Ущипни меня, а то, мне кажется, я сплю, — усмехается Марк, сползая плотоядным взором с моих глаз на проглядывающую в глубоком вырезе грудь.

— Щипать не ущипну, но по лицу вмажу, если ты и дальше будешь так смотреть на меня, — схватываю его за подбородок, приподнимая лицо выше.

— Ох, ещё как буду, детка, для чего, по-твоему, я тебя сегодня полдня терпел? — посмеивается засранец, когда я наконец выхожу из машины. — Не трудно будет самой дотащить все пакеты до дома?

— А ты типа вызовешься помочь, если скажу, что трудно? — скептически спрашиваю, доставая огромные кульки с заднего сидения.

— Конечно, нет, просто хотел узнать, стоит ли остаться и понаблюдать за твоими мучениями или сразу же ехать?

— Я так и думала, — коротко усмехаюсь. — Давай дуй отсюда, Эндрюз, пока я тебе краску на машине своим каблуком не подправила, — угрожаю я, торопливо направляясь к подъезду.

— О нет, нет, я всё-таки посмотрю, — слышу довольный лепет за спиной. Быстро осознав, что козлина пялится на мою пятую точку, оборачиваюсь и показываю ему средний палец, на что в ответ он лишь заливается своим хрипловатым смехом и резво срывается с места, оглушая всю улицу громким рёвом мотора.

Невыносимый, мерзкий негодяй с суперспособностью выбешивать меня даже в состоянии полного душевного анабиоза, но почему-то именно он заставляет меня улыбнуться уже во второй раз за сегодня. Совсем вяленько, но всё же улыбнуться, что при моей безэмоциональной коме очень даже неплохо.

Но это однозначно была бы параллельная вселенная, а не моя суровая реальность, если бы мне позволили поулыбаться чуть дольше минуты. Ещё поднимаясь по подъездной лестнице, мне удается расслышать знакомые голоса, беседующие между собой на повышенных тонах и в весьма негативной форме. Ускорив темп, я быстро достигаю своего этажа и тут же встречаю сильно выпившую маму вместе с пожилым мужчиной в скромном тёмном костюме и в своей несменяемой старомодной шляпе.

— Мистер Баррет? Что вы здесь делаете? — озадаченно обращаюсь я к нашему арендодателю.

— О-о-о! Николь! Как раз во-о-овремя… — вместо приветствия мама зависает в недоумении, пытаясь сфокусировать пьяный взор на куче пакетов в моих руках.

— Добрый день, Николина, — Баррет же соизволяет поздороваться, даже несмотря на такое же удивление во взгляде и чёткие ноты негодования в его голосе, что вмиг дают понять — мужчина по какой-то неведомой мне причине настроен крайне недоброжелательно.

— Добрый, так что случилось? — повторяю вопрос, опуская пакеты на пол.

— Нас хотят выселить, Николь, — произносит мама настолько заплетающимся голосом, что мне не сразу удаётся уловить смысл его слов.

— Что значит — почему? За вечную неуплату, — резким тоном поясняет мужчина.