На пороге Тьмы

– Бирюков Владимир Васильевич, – представился я.

Сержант сначала посветил мне в глаза, затем тщательно, каллиграфическим почерком записал в книгу мои данные, не забыв спросить даже домашний адрес, затем сказал:

– По коридору направо, кабинет номер два. Бочаров Сергей Геннадьевич вас примет, теперь все вопросы к нему.

Рыжий пожелал мне удачи, попрощался с дежурным, уткнувшимся в какую-то книжку, и вышел на улицу. А я направился куда велели, в темный коридор, в конце которого в кронштейне торчала керосиновая лампа, дававшая тусклый и мерцающий свет. Двери выходили в обе стороны, так что окон в коридоре не было, свет с улицы не попадал. Номера на дверях прочитать было почти невозможно, приходилось чуть не носом упираться в них, и еще на цыпочки приподниматься. Кабинетом номер два оказалась вторая дверь по счету. Я постучал, дождался ответа «войдите», и, соответственно, вошел.

– Добрый день, – с ходу поприветствовал меня средних лет невзрачный и лысоватый дядек в большой не по росту полушерстяной гимнастерке без погон, но с портупеей через плечо.

– И вам добрый, – кивнул я, оглядываюсь.

Стол под выцветшим зеленым сукном, простой и потертый. Карандаши. Чернильница. Бумага. Все как из кино, полное ощущение нереальности.

– Чего уставился? – буркнул мужик. – Компьютеры ищешь?

– Ну… типа того, – кивнул я. – А то странно как-то, типа в театре. Или музее.

– Ага, а я экспонат, – кивнул тот. – Нет тут ни хрена, ни компьютеров, ни даже электричества в здании. Чернилами пишем, из непроливаек. И суем в них стальные перья, и ставим на бумаге кляксы. Бумага, кстати, дерьмо дерьмом, пером из нее аж щепки цепляются.

Мужик вздохнул, бессмысленно передвинул чернильный прибор, изображавший рабочего с молотом и колхозницу со снопом спелой ржи, кривовато отлитых в бронзе, затем спросил, попутно указывая на стул напротив:

– Давай, рассказывай, как сюда попал.

– Как все, наверное, – пожал я плечами.

– Точно, – кивнул тот, – Темнота, очнулся – гипс.

– Гипса не было.

– Да знаю я. Понял хоть, где очутился?

– Ну… просветили немного добрые люди.

– Сюда как попал?

– Да парень один подвез, – неопределенно махнул я рукой куда-то в сторону окна, – В Горсвете работает, как рассказал.

– Это кто там? – слегка заинтересовался Бочаров. – Я вроде всех оттуда знаю.

– Да Федором зовут, но говорит, что даже на Теодора согласен. Мальцев фамилия.

Бочаров вздохнул, затем сказал:

– Знаю я сего Теодора. Лоботряс. Но парень смелый, не скажешь ничего. Ладно, к делу давай.

– Давайте, – согласился я. – А то я пока вообще не знаю, что мне дальше делать, как жить и куда. Кстати, а обратно отсюда точно никак?

– Точно, – кивнул он. – Было бы «как» – ты бы здесь ни души бы не встретил. Хотя…, – тут он замялся, – Хотя всяко бывает.