Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

Попытался встать в стойку «смирно», сразу показав хорошую выправку, которую вбивают только в военных училищах за годы обучения. Кадровый офицер, довольно молодой, и, судя по всему, правильный, не тыловая сволочь.

— Подполковник Фомин. С кем имею честь? — Семен Федотович чуть прикоснулся ладонью к лихо заломленной бескозырке. Он прекрасно понимал некоторую нелепость своего костюма и смог обозначить свое отношение к происходящему маскараду улыбкой.

— Штабс-капитан Сухинов. Илья Антонович, — офицер попытался щелкнуть каблуками несуществующих на нем сапог и тоже чуть сконфузился.

— «Царский выпуск»?

— Никак нет, господин подполковник. На год раньше, в тринадцатом, выпущен из Иркутского военного училища.

— Сибиряк?! В каком полку служили?

— В 25-м Сибирском генерала Кондратенко полку, Седьмой Сибирской стрелковой дивизии. Был помощником командира пулеметной роты.

— Как в Перми оказались?

— По ранению. В городе родители жены живут, а я здесь отпуск после лечения проходил.

— Понятно. Осколками ногу нашпиговало?

— Никак нет! «Чемодан» рядом с блиндажом упал, и мне балкой колено сломало. Разрешите спросить, господин подполковник?

— Спросить завсегда можно, капитан, но вот только ответа может и не быть, смотря по обстоятельствам.

— С вами здесь находятся два германских офицера. Кто они, господин подполковник?! И что здесь делают?

— Хм, с чего вы взяли, что они германские офицеры? — вопрос несколько ошарашил Фомина, он лихорадочно просчитывал ситуацию, стараясь выбрать наилучший вариант.

— Я слышал немецкую речь, ваше высокоблагородие, — Сухинов тонко улыбнулся, видя замешательство Семена Федотовича, — тем более мне знаком парабеллум 08. Хотя на нем странное приспособление, которое нейтрализует звук выстрела. О таком я никогда не слышал, потому могу считать его особым секретом германской армии.

— А разве мало в русской армии служит природных немцев, — Семен Федотович все еще не пришел к определенному мнению, потому старался выиграть время. Ради этого он даже закурил очередную папиросу, хотя ему уже не хотелось дымить.

— У вас оружие в руках странное, господин подполковник. Я слышал об автоматических ружьях под пистолетный патрон, которыми вооружаются штурмовые подразделения германской армии на Западном фронте. К тому же сейчас раздавались звуки очередей, похожих на пулеметные, хоть и не такие громкие, как от «Максима» или «Льюиса». И гильзы на траве лежат знакомые, 7,63, маузеровские. Германцы ими широко пользуются, хорошо узнаваемая бутылочная форма, — штабс-капитан пристально посмотрел в глаза Фомина.