Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

В этом капитан был уверен — три дня мимо него тянулись в Назарово отступающие части бывшей 3-й армии.

Устало бредущие солдаты, больные тифом и раненые, вповалку лежат на санях, возницы хриплыми матами понукают совершенно заморенных лошадей. Страшный исход, может быть, потом его назовут Великим Ледяным походом. Другого наименования Федор просто не находил — ведь он прошел с армией от начала до конца, пешком, с боями через всю бескрайнюю Сибирь, от Уральских гор и почти до самого Енисея.

Вышедшую в авангарде его 13-ю Сибирскую дивизию встретил бывший главнокомандующий, генерал-лейтенант Каппель. И тут же ошарашил солдат и офицеров, но добрыми новостями, каких они не слышали уже полгода. Армией командует сам император Михаил, в Иркутске у власти Сибирское правительство, мятеж Политцентра подавлен. А заодно сибирские войска побили и чехов, которые были вынуждены возвратить тысячи вагонов с награбленным русским добром.

Известие о том, что их армия реорганизуется в корпус, командовать которым назначен сам Владимир Оскарович, было встречено тоже с ликованием, но не таким бурным. Стало ясно одно — отступление закончено, и как только подойдут войска из Иркутска, красных погонят обратно, до Омска, а то и до Уральских гор. Впрочем, это была мечта, и только мечта, а сам Мейбом, как и большинство офицеров, на такой фарт даже не надеялся. Загнать бы красное воинство за Щегловскую тайгу да запереть проходы — вот тогда можно будет взять передышку, привести армию в порядок, дать ей отдых.

Даже короткий отдых благотворно влияет на войска — Мейбом в этом убедился на собственном полку. Он гордился им — за время долгого отступления почти не было дезертиров, и реорганизованный в батальон, он насчитывал без малого тысячу штыков, столько же было и в другом батальоне, сведенном в три роты из трех других полков дивизии. Два других батальона 1-й Сибирской императорской стрелковой бригады сформировали из изрядно потрепанной Омской дивизии. Плюс оренбургская казачья бригада, вернее сведенный из нее полк в четыре полнокровных сотни, егеря, саперы и обозники. Не было только «бога войны» — пушки были давно брошены, поделиться же своими польский батальон отказался категорически."

"Мейбом впервые увидел этих гонористых союзников, с чехами он имел опыт общения раньше. Отъелись на гречневой каше с убоиной, ряшки откормленные, но ведут себя, к великому удивлению русских, весьма прилично. Уже не грабят поселян, к девкам и бабам не пристают, будто враз импотентами стали, дисциплина на уровне.