Пиранья. Звезда на волнах

Вот только водка, в том числе и пальмовая, не имела ни малейшего отношения к винограду, которого здесь не произрастало отроду… Так что и староста частенько прикладывался к бутылочке, и сам Хазинг, лениво порывавшийся все-таки сделать Мазура истинным мусульманином, но из-за здешней неистребимой привычки к безделью так никогда и не доводивший даже до середины свои проповеди.

Поразмыслив, он позволил себе третий глоток и принялся за лонтару. Он уже наловчился обращаться с этим фруктом: вскрывается твердая скорлупа, в мякоть втыкается расщепленная палочка, несколько раз ее крутанув, получаешь пенистую массу, по вкусу похожую на кисленькое абрикосовое варенье. Довольно вкусно, а как закуска к пальмовой водке – вообще выше всяких похвал…

Выдвинув антеннку и включив приемник, он лениво наблюдал за шхуной – точно, она держала курс прямиком на бухточку, намереваясь там пристать. А вот только попутный ветер мешал как раз косым парусам – тем, из-за которых и ценится шхуна, – а потому тамошние матросики сноровисто опустили паруса на обеих мачтах, убрали стаксель и кливер, шли на одном бом-кливере. Но все равно это должно было занять немало времени, а…

Он прислушался. В череду произносимых приятным женским голоском мяукающих слов явственно вплелось:

– …пай ма килари маси Леонить Прешшьнефф…

«Вот она, истинная популярность нашего уважаемого Генерального секретаря, – подумал Мазур, ради торжественности момента лежа по стойке „смирно“. – Даже в этих экзотических местах, даже на этом тарабарском наречии помянут. Неужели и местные откликаются на очередные мирные инициативы Советского Союза или комментируют новый гениальный труд генсека? Не дай бог, это они „Малую землю“ декламируют…»

Лениво повернув колесико, он наткнулся на новый вариант фамилии пятизвездочного вождя:

– Леванить Брежьнов… Каи раттачайти мортаса…

Мазур вертел ручку настройки, все более изумляясь: как с цепи сорвались, честное слово! Леванити Прешнефф, Леванить, Леонить, ну, слава богу, кто-то почти без ошибок выговорил «Брешшнев»… Вроде не намечалось у нас очередного партийного съезда…

Охваченный смутным предчувствием, он переключился на длинные волны. И почти сразу же поймал твердый немецкий говор:

– …тропофф, нойе генераль-секретар коммунистише партай дер Советише Унион…

С немецким у него обстояло скверно – но настолько-то он разобрал.