Злодейка на полставки или драконий переполох

Пристальный взгляд, я набираю в легкие побольше воздуха, параллельно выстраивая свою стратегию и прихожу к выводу, что надо начать с информации из утренней прессы.

Услышав меня, Александр удивленно приподнимают брови.

В начале мне даже кажется, что он меня разыгрывает. Но нет, он совершенно серьезно не понимает, о чем речь.

Пока я говорю, он внимательно слушает и не перебивает. Только с каждым словом становится все более и более хмурым.

Далее я упоминаю, что за мою поимку назначена награда. Правда, перед тем задумываюсь, насколько небезопасно ему об этом сообщать.

Ну раз он ничего не знает, то может и не стоит рисковать?

Но все же об этом я тоже сообщаю.

Когда я замолкаю, Александр протирает висок. Таким задумчивым я вижу его впервые.

— Вас это все удивляет? — наблюдаю за его реакцией.

– Ты даже не представляешь, насколько, — хрипло отзывается мужчина.

– Вы думаете, что я все это придумала?

— Да нет, — тянет он, рассматривает пространство перед собой, будто что-то пытается вспомнить. — Скажи мне, Уинтер, с чего вдруг тебя объявили в розыск?

– Ну как же, — удивленно хлопнув ресницами, вдруг понимаю, что мое горло словно сдавливает чем-то холодным и неприятно. От чего во рту пересыхает. Кашлянув, с трудом произношу:

— Это после праздника магнолий. Когда все гости уснули, из-за намешанной в напитки дряни.

— Праздник магнолии?

— Эммм…. Ну да. Помните, там еще советник императора появился, который сходу обвинил меня в преступлении. Которое я конечно же не совершала, — поспешно добавляю в конце и для убедительности растягиваю губы в глуповатую улыбку. Правда, она выходит очень нервной и слабой.

По выражению лица Александра вообще ничего невозможно понять. Он внезапно становится похожим на каменное изваяние, лишенное эмоций.

По его взгляду создается ощущение, что он сейчас не со мной, а где-то в своих мыслях.

— Александр? — осторожно зову его.

Тряхнув головой, он опускается на корточки рядом со мной.

Дотягивается до моего лица и едва касаясь, подушечками пальцев, обрисовывает овал.

Мягко так, будто проверяя, настоящая я или нет.

— Уинтер, расскажи мне, что произошло.

Поперхнувшись воздухом, ошарашено округляю глаза.

— В смысле?Ты этого не помнишь?

Он коротко мотает головой.

— Нет, Уинтер. Я помню только тебя в своем сне, — его ладонь накрывает мою щеку, оставляя теплый след.

Взгляд мужчины смягчается, но что-то тяжелое и гнетущее в нем остается.

— Я помню, что искал тебя. Мы говорили, а потом ты исчезла. Помню свое ощущение потери и то, что тебе угрожает опасность. Но я не помню, чтобы признавал истинность с твоей сводной сестрой. Или что отдавал приказ о твоем аресте.

— Но это мог сделать твой дядя-советник, — высказываю осторожно свое предположение.

На что Александр мотает головой.