На одном дыхании!

– Хотите картошки с грибами? У вас такой вид, будто вы собираетесь упасть в обморок. Хотите?

– Я не понял, что вы догадались.

– Догадалась. Не сразу, но догадалась. Зачем вы меня ударили, Марк? Вам так нужны были какие-то там бумаги?..

– Не «какие-то там», а очень важные бумаги! – заорал Волошин. – У меня не было другого выхода, потому я вас и ударил! Хотите, извинюсь?"

"– Нет, не хочу. А вы картошку хотите?

– Не хочу!

– Марк Анатольевич, – начала Варя, переводя перепуганные глаза с одного на другую, – Глафира Сергеевна, наверное, чего-то не поняла…

И Волошин, и Глафира разом повернулись и уставились на нее. Варя попятилась и плюхнулась на ковровый диван, оказавшийся очень жестким.

Папа был прав, пронеслось у нее в голове. Это волки, и сейчас они меня сожрут.

– Вы забрали эти чертовы документы из сейфа, Глафира?! – спросил Волошин.

– Нет.

– А Разлогов? Его вы убили?!

Тут словно гром грянул за окнами замка, но оказалось, что не гром. Скаля зубы, как будто он на самом деле зверь, а не человек, Волошин оглянулся. Дэн Столетов неспешно поднимал упавший набок деревянный стул с высокой спинкой.

Глафира засмеялась. Лучше бы она не смеялась!..

– Вы ведь все время врете! – скалясь, продолжал Волошин. – Вы всю жизнь врали Разлогову. Врали и изменяли ему у всех на глазах. Только раньше вы выбирали начальников, а теперь перешли на подчиненных. – Он кивнул в сторону Дэна. – Мельчаете, Глафира Сергеевна!

Но она услышала только то, что ей было важно. Со всем остальным они как-нибудь на досуге разберутся, а сейчас нужно договорить до конца. Договорить, разобраться, заставить себя понять, даже если нет сил понимать…

– Я врала? – спросила Глафира и подошла поближе. – Я не врала! Что такое вы говорите?!

– Правду. Вот сейчас говорю правду! Вы женили его на себе, хотя отлично знали, что он любит Марину и всегда будет любить! Что вам от него было нужно? Деньги? Маленькие радости, вроде этого дома? Заскучали на своей кафедре? Надоело зарплату получать восемь тысяч двести тридцать рублей?! И тут Разлогов, у которого случилось какое-то… непонимание с женой! С его настоящей женой! Вы вцепились в него мертвой хваткой, да, Глафира Сергеевна?! Он и опомниться не успел, как вы уже стали законной супругой со всеми вытекающими последствиями! И вы зажили весело. Да, Глафира Сергеевна?!

– Марк, – перебила его Глафира, – вот черт возьми!.. Вы же ничего не знаете! Вы же всю эту историю… душещипательную… придумали! Или это Разлогов вам так рассказал?

– Ничего он мне не рассказывал! Только у меня есть глаза, Глафира Сергеевна! Я знаю его сто лет.