На один раз

Глава 34

— Жарко? — Алекс провела по его лбу прохладной ладонью, стирая испарину.

— Немного, — прикрыл веки Давид и только что не заурчал от удовольствия. — Есть эластичный бинт? — с трудом заставил он себя открыть глаза.

— Не знаю, — Алекс смотрела на него взволнованно. Словно это не она, а он заболел.

Впрочем, именно так Давид сейчас, наверное, и выглядел — как в горячечном бреду.

Именно так он себя и чувствовал.

— У меня в машине есть, я принесу.

С трудом не меньшим чем открыл глаза, он заставил себя встать.

Почти заставил. Её руки обвили его шею, подтягивая к себе. И мягкие, податливые губы коснулись его жёстких плотно сжатых.

Давиду понадобилось меньше секунды, чтобы перехватить инициативу. Подхватить за затылок, впиться в её благословенный рот и забыться в сумасшедшем по накалу поцелуе.

Жадный, страстный, неистовый, он длился и длился, не желая заканчиваться. А потом руки Алекс стали расстёгивать его рубашку. Давид вытащил её из брюк и, взяв снизу, рванул, не позволив возиться с пуговицами. Помог Алекс снять свитер. В мгновенье ока избавился от бюстгальтера, трусиков. Подхватив на руки, провёл моментальную рокировку: сел на диван, Алекс посадил на себя.

Она сняла резинку с волос, и они рассыпались по плечам водопадом. Он по-армейски одним движением стянул вниз брюки вместе с трусами. И наконец, упёрся тем, что так её желало, туда, где его ждали.

Две упругих грудки, подставив острые сосочки, то одна, то другая переходили из его рта в требовательные пальцы. Бешеная жилка на шее билась, пульсируя под его губами. Хрупкие косточки ключиц вздрагивали. И когда не в силах больше сдерживаться, Давид вошёл глубоко и мощно, Алекс выгнулась, откинула голову назад и застонала.

Боже, как он её хотел. Каким невероятным наслаждением вдруг становились с ней простые возвратно-поступательные движения, которых Давид проделал за свою жизнь несметное число раз. Каким изысканным удовольствием было входить в неё, трепещущую, влажную. Быть с ней, задавая размеренный энергичный ритм.

Впиваясь пальцами в её худенькие бёдра, подчиняя движениям своего сильного тела, Давид почти не хотел, чтобы это заканчивалось. Он тянул как мог, сколько мог, чутко следя за выражением её лица. И за мгновенье до того, как его исказила мука, та самая которую не сыграешь, Алекс тряхнуло как от разряда током, Давид глухо зарычал и, содрогнувшись вместе с ней, шагнул в бездну. Потерялся, поплыл, улетел туда, где так хорошо бывает только вдвоём и откуда не хочется возвращаться.

Странные мысли крутились у Давида в голове, слушая шумное дыхание Алекс на своей груди.

Чтобы убить человека, думал он, нужен всего один меткий выстрел. Но чтобы сделать человека тоже нужен меткий выстрел и порой всего один.