На милость победителя

– Ну тогда мне они приснились, эти бабки, – скривился Демьяновский и осведомился легко: – Ванну хочешь принять?

– Наверное, – пробормотала Камилла нерешительно. – Я хочу быть с тобой, Рома, – набрав воздуха, призналась она. – Но…

– Тихо, милая, тихо, – прошептал он, снова склоняясь над ней и осторожно прижимая палец к ее рту. – Много слов, дорогая. Мы с тобой как две заезженные пластинки. Мусолим одно и то же. Давай сделаем шаг вперед. Подумаем о ребенке и нашем будущем. Оставайся со мной, Милочка. Нам же так было хорошо. И если ты не брала эти злосчастные бабки, они все равно найдутся. Или наш неведомый вор проявит себя. Но в любом случае  тебе лучше находиться рядом со мной.

– Почему? – пролепетала она сквозь слезы.

– Ну это же элементарно, – громко вздохнул Демьян. – И почему я раньше сам до этого не додумался! Если ты не брала и Кузя не при делах. Значит, есть кто-то, кто хочет нас поссорить. Навсегда развести. Понимаешь?

– И кто же это? – пробормотала Камилла, уткнувшись носом в грудь Демьяновского. Чуть посторонилась, ощутив вместо тепла родного тела выпирающий из-под свитера гипс.

– Не знаю, – поморщился Роман, чувствуя Милкино дыхание через тонкий трикотаж. – Но со временем выяснится. Главное, если интрига в этом, мы с тобой не дадим ни единого шанса. Пусть наш неведомый враг точно знает, что его глупая затея провалилась.

– Ты действительно так считаешь? – Милка приподняла голову и недоуменно уставилась на него.

– Конечно! – тут же заявил Роман. – Ну сама подумай… Мы с тобой страдаем, как два идиота. А кто-то радостно потирает потные ручонки… – усмехнулся он, осторожно убирая с ее лица волосы и аккуратно накрывая ее губы своими. – Я люблю тебя, – прошептал, когда поцелуй закончился. – Я сразу понял, что ты – моя, Милочка. С первого дня, как увидел. Дай нам шанс, дорогая, и ты не пожалеешь, – прошептал он, мягко опуская ее на кровать и снова целуя. В глаза, в лоб, в щеки, в ключицы…

– Мы вместе? – настойчиво поинтересовался он, прижимая Камиллу к себе. – Говори сейчас, Милочка, пока дело далеко не зашло.

– Куда уж дальше, – хмыкнула она, положив руку на живот. – Да, Рома, – печально вздохнула Камилла. – Наверное, нужно проявить характер и уйти, но я согласна на мировую. Мне даже сложно представить другого мужчину рядом.

– И не представляй, – довольно усмехнулся Демьяновский и покосился на загипсованную конечность. – Эта рука, – пробурчал он себе под нос. – Не могу ни тебя раздеть, ни себя, – добавил ворчливо. – Давай ты примешь ванну. Я сейчас наберу воду. А я посижу рядом, посмотрю на тебя…  А потом завалимся спать.

– Мы не уснем, – прошептала Камилла. – Предлагаю быстро обмыться и лечь. А завтра, – она скосила на него хитрые глаза. – Я искупаю тебя как маленького.