На конкурс красавиц требуется чудовище

— Пойдешь менять имперские монеты — привлечешь к себе внимание.

— Почему? — удивилась она, — это ведь столица!

— И что имперцам делать в нашей столице? — с интересом спросила я. — Иль-доратан огромный рынок, где твои монеты никого не удивят. Но здесь… Здесь не каждый меняла согласится взять их.

Она сгребла монеты:

— Спасибо. Я верну, как только смогу.

— Заряжай орудия, пока меня нет, — фыркнула я. — Дядька Митар наш главный маг, он привезет тебя в мое баронство.

— Женщина может возглавить баронство? — поразилась Делия.

— Когда ей исполнится тридцать, — кивнула я. — Никто, наверное, не подгонял годы так, как я. Удачи тебе, Корделия Мортифера. Пусть Окраина примет тебя как родную.

Поставив опустевшую чашку, я поднялась из-за стола. Было немного завидно. Хотелось бросить все, сбежать к дядьке. Готовить по дороге кашу, слушать байки боевых магов и предвкушать свое возвращение.

Только некуда мне пока возвращаться. Надо закончить дела в столице, а там может и Тину смогу с собой сманить. Светилу лекарской науки надо ведь на ком-то руку набивать!

Глава 6"

"А во дворце невест нас ждал поспешный переезд. Сумрачные, деловитые слуги собрали все наши вещи и теперь дожидались нас.

— Там, снаружи, кареты, — Марон сбегал в свою комнату, окна которой выходили на подъездную аллею, — как будто нас совсем выселяют.

— До замка идти несколько часов, — буркнул один из слуг, — леди столько не пройдут.

— Это смотря какая леди, — хмыкнула я, вспоминая свое детство и долгие пешие переходы с отрядом отца.

Гамильтон, шумно сопя, пошел проверять оставляемые нами комнаты. И, учитывая, что нюха у него нет, он явно шел по оставленным заначкам. Увы, у нашего Генерала некоторые замашки были типично псовьими. Только вот прятал он еду хоть и в собачьей манере, но с использованием по-человечески острого разума. А потому, даже когда сокрытое начинало гнить и вонять, найти схрон не удавалось. Тогда мы либо проветривали, либо кололи пса. А колоть его трудно — сопротивляется допросу профессионально!

Так или иначе, а уже через час мы осматривали новые покои. И немного посмеивались — из-за Марона мои покои больше, чем у Лилианы Морей. А все потому что у меня у одной мужчина в свите.

— Два мужчины, — сердито поправил меня Гамильтон и зевнул, — мебель фуфло.

С трудом сдержав смешок, я порадовалась, что никого нет рядом. Увы, для моего компаньона все, что имеет изящно-резной стиль является пресловутым «фуфлом». А все оттого, что когда под ним сложился прекраснейший тиармиранский стул.

Вот и эту гостиную, нежно-зеленую с вкрадчивой цветочной розовинкой, он забраковал сразу. Ведь стулья были тонконого-изящны, а на софу и вовсе присесть страшно, так она изогнута, так много на ней резьбы.

Да и стеклянный столик на витой ноге не внушает доверия.