На конкурс красавиц требуется чудовище

А ты, милая?

— Тина я, — подруга чуть смутилась, — матушка меня всему научила.

— Вот и славно, не пропадешь, — покивала тетушка.

Поглядывая на учениц, она обстоятельно делилась новостями и заваривала чай:"

"— Мальчик ваш на тренировке. Хилый, но Митар сказал, что толк будет. За пару дней он, конечно, ничему и не научится. Но! Ему покажут правильные тренировки. Ну и ты не жадничай, закидывай к нам мальчика. Нам, сама понимаешь, нужны люди. А у него глаза горят.

«А еще потенциальная невеста на Окраины собралась», хмыкнула я про себя.

— Конечно, тетушка.

— Гамильтон, Милтон, чай будете?

Они как раз расправились с пирогами и, подумав, милостиво согласились, что несладкий чай неповредит.

— Так, девоньки, молодцы. Сейчас ваших красавцев… Вильгельмина, ты что, помогала?!

Матушка подозрительно смотрела на пяток моих пирожков.

— Не-ет, — я даже глаза округлила, — что вы! Я бы не стала лезть в тонкую науку приготовления пирожков.

— Ла-адно, — подозрительно протянула тетушка. — Так, сейчас чаю глотнем, а потом я вам чего-нибудь с собой соберу. Ты же за ребятами пришла?

— Я еще и новости принесла, не лучшие. Дядька Митар скоро придет?

— Не лучшие новости, — медленно повторила тетушка Тария, — так сейчас и прилетит.

Тетушка высунулась в окно и что-то крикнула, а после, обернувшись к нам, пояснила:

— Жеребята пегасов взяли на себя внутригородскую почту. Не обошлось, конечно, без казусов — мельничиха с булочницей ругались и маленького жеребчика до ломоты в крыльях загоняли. Ну ничего, я потом взяла полено, полотенце и сходила пристыдила дур старых.

Кашлянув, я решила не напоминать что и булочница, и мельничиха младше тетушки Тарии на добрых десять лет.

— Понимаю, зачем полено, — медленно произнесла Мири, присевшая слева от меня. — Но полотенце зачем? Кровь останавливать?

Тетушка Тария смутилась:

— Так ведь как, милая, сразу-то поленом нехорошо, не по-людски. Я их просто полотенцем отхлестала, а полено так, для острастки показала. Поленом-то и убить можно.

Тина тихо улыбалась, Мири пила обычный травяной чай и жмурилась от удовольствия, а я просто отдыхала. Все было таким привычным и…

— Не обязательно так на нас смотреть, Милтон смущается, — проворчал Гамильтон и, ловко свернув язык в трубочку, высосал остатки чая из своей огромной кружки.

— Я просто думала, что собаки пьют так, — выпалила принцесса и, поставив чашку на стол, наклонилась и показала, как именно она думала.

«Может, тринадцать?», пронеслось у меня в голове, пока тетушка Тария вытирала капли чая со столешницы.

— Так, — согласился Милтон, — но ведь грязно же будет.

— Да, — Мири опустила глаза, — простите. Я… Мне не доводилось быть такой свободной.

Выпрямившись, она вдруг застыла в странной позе.