На этот раз – да!

 – Пусть он вернется ко мне!

Закрыв глаза, она наслаждалась воспоминанием о вкусе его губ, о том, как сияли его глаза, когда он любил ее на старом пледе Макинтошей. Но достаточно ли этого, чтобы полюбить по-настоящему?…

…Меган думала, что любит Ичэнна, но никогда ничего подобного рядом с ним не ощущала. Его поцелуи не воспламеняли ее. Ей по сердцу были его обаяние и чувство юмора, а еще она знала его с самого детства, но и брата своего она любила в силу тех же самых причин!

А вот с Китом все было иначе… Он добр, обворожителен и тоже наделен чувством юмора, но причина ее чувства вовсе не в этом. Меган любит его так, как только может женщина любить мужчину, она желает его, чувствует, как соприкасаются их души. Стоит ей увидеть его, как сердце ее начинает колотиться как сумасшедшее, а когда его нет рядом, она ни о чем и ни о ком, кроме него, не может думать…

А буря колотилась в ставни, словно требуя впустить ее, и Меган обуял страх – нет, не за себя – за Кита! Он где-то там, среди грозы, совсем один! Что если он поскользнется и свалится в бурную реку или в него ударит молния? Ведь он не горец и не приспособлен к таким погодным условиям. Он может оступиться, упасть, удариться головой о камень… В голове девушки теснились мысли одна ужаснее другой. Меган вскочила и вновь принялась расхаживать взад и вперед по спальне Майри, уже зная, что та точно так же металась когда-то по этой комнате, словно зверь по клетке, томясь ожиданием и волнением, и сердце ее ныло от тоски по любимому…

Рванувшись к окну, Меган распахнула ставни и всмотрелась во мрак, уже окутавший горы, шепча имя возлюбленного, ища его взглядом в темноте. Сколько времени прошло с тех пор, как он ушел? Волосы ее вмиг промокли от дождя, ледяные струи хлестали по нежным щекам, но что это было в сравнении с ужасом, стиснувшим ее сердце? Ведь если что-нибудь случится с Китом, если он не вернется к ней, то она уже никогда не скажет ему слов любви!

Порыв ветра вырвал ставню из ледяных рук Меган, ломая ногти, отвешивая ледяные пощечины и словно смеясь над ее тщетными попытками вернуть проклятую ставню на место. Заплясали огоньки пламени в камине, и тотчас вместе с ними по стенам и потолку заколебались, меняя форму, пугающие тени, и девушка едва не закричала от ужаса.

Каменные стены сотряс громовой раскат, пол под ногами Меган вздрогнул, и долину на краткое мгновение озарила ярчайшая вспышка молнии. Комната вдруг наполнилась звуками – они доносились оттуда, из темноты, в которой тонул дверной проем. Уставившись на дверь, Меган вслушивалась в звуки шагов на лестнице, словно чьи-то тяжелые кованые башмаки клацали по камням… а вот зазвучали и голоса. Сердце Меган остановилось, она вжалась в стену. «Прячься!» – слышался ей тихий шепот.