На изломе алого

В мире, откуда явились эти двое, не бросали на ветер пустых обещаний и не забывали долги. По спине пополз липкий холодок, но лицо девчонки не дрогнуло. Сейчас переживала не за себя, за Майку. Сашка могла только гадать, что за товар оказался у подруги в руках и в каком количестве. Вряд ли ерунда, если шестерки Чвырева-старшего взялись за поиски."

"– Да ты не переживай, Чайка, – по-своему расценил ее молчание Ларёк. – Не вопрос, договоримся. Согласишься для меня кое-что толкнуть – отстану, еще и приплачу.

– Пошел ты…

– Пойду. Но насчет Майки я тебя предупредил. Узнает Влад – будут проблемы, а я человек тихий, проблемы не люблю. Так что лучше бы ей объявиться. Черт, детка, до чего же у тебя ох**нные ноги. Подумай насчет поляны.

Едва не ударила. В последний момент сдержалась, но успела представить, как лопаются губы и ломаются в крошево зубы ублюдка, окрашиваясь в кровь. Придется снова влезть в джинсы и носить с собой не только нож, но и кастет. К чертовой матери надежды и светлые мечты чистых девочек. В ее клетке выживает сильнейший, и этим вечером она достанет отцовскую грушу и снова вернется к тренировкам, не для того ее Шевцов столько лет собачил, чтобы какой-то обдолбанный снифер* угрожал. Кому-то дано летать, а кому-то ползать. Вот только не на коленях, с этим Сашка даже в мыслях смириться не могла.

Так она думала, решительно входя в метро, но жизнь все равно пишет свой собственный сценарий и тасует колоду карт с игроками. Сашка вошла в подземку и встала на эскалатор, движущийся вниз. На середине пути, словно что-то кольнуло под ребра – подняла глаза и увидела Игната. Он был не один, с друзьями, и тоже вскинул голову, будто почувствовал ее присутствие.

Короткая минута, и они разъехались. Не хлебнули взглядами, не напились. Разошлись в разные стороны, и точка пересечения снова оказалась ничтожно мала. Крохотна, словно ее и не было вовсе. Так, почудилось что-то знакомое в незнакомых лицах, что привлекло внимание, почудилось и растворилось.

Сашка сошла с подвижной ленты эскалатора и поплелась к платформе. Людей в метро толпилось много, все куда-то спешили, толкались. Кто-то задел ее плечом и раздраженно ругнулся:

– Эй, девушка! Уснула, что ли? Так и под поезд попасть недолго! Ты бы отошла подальше, если раздумала ехать, чтобы другим не мешать!

Двери поезда закрылись, и он стрелой исчез в тоннеле, а Сашка осталась стоять, глядя в чернеющий зев подземки. Не замечая ничего вокруг.

Она ведь знала, что когда-нибудь это случится – их детство закончится. Что однажды они вырастут и забудут всё то нелепое и странное, что между ними было. Да и было ли? Слова почти истерлись из памяти, как и прикосновения. Она всегда понимала и хотела, чтобы у Игната все сложилось правильно.