Убийство на бис

После этой фразы из комнаты действительно донесся богатырский храп. Сенин всплеснул руками, побежал туда, подскочил к Полонскому и принялся тормошить его. Когда это не помогло, он в отчаянии принялся лупцевать коллегу по щекам.

— Тише! — остановил его подошедший Кручин. — Ты ему еще больше рожу испортишь. Никакой грим не возьмет.

— А что с ним еще делать? Скотина пьяная, всю жизнь за мой счет живет, на моем имидже только и держится.

— Хватит причитать! — раздраженно сказал Кручин, снова подошел к Полонскому и заглянул ему в лицо.

— Двинь ему хорошенько! — посоветовал сзади Сенин.

Кручин, не обращая на него внимания, заговорил с Полонским ласково, тихонько похлопывая его по небритой щеке:

— Федя, Феденька! Слышишь меня? Это Игорь. Узнал? Ну вот и молодец, вот и умничка. Сейчас мы быстренько все поправим. Водички хочешь? Сенин, принеси ему воды.

— Еще чего! — раздраженно бросил Андрей, однако поймал взгляд Кручина и покорно пошел на кухню.

Он вернулся оттуда со стаканом и сунул его в физиономию Полонскому. Вода брызнула на лицо Федора, и он блаженно замычал.

— Вот и хорошо, вот и славно, — быстро заговорил Кручин, ловко выхватил у Сенина стакан и сам приставил его к губам Полонского. — Видишь, как водичка помогает? Сейчас совсем полегчает. Пей!

Он осторожно наклонил стакан. Полонский принялся пить, однако тут же фыркнул. Его глаза, слипшиеся, казалось, намертво, вдруг раскрылись.

Он удивленно произнес почти четким голосом:

— Это что, вода, что ли?

— А что же еще? — в свою очередь удивился Кручин.

— Не надо мне вашей воды. — Полонский размашисто поднялся на постели, покачнулся и подошел к столу, на котором стояли чуть початая двухсотграммовая бутылочка коньяка и точно такая же, не откупоренная. Не успели его коллеги опомниться, как он опрокинул спиртное себе в рот. Сенин расширившимися от ужаса глазами смотрел, как стремительно пустела пузатая бутылочка. Высосав все до конца, Полонский блаженно вытер губы и потянулся за добавкой. Но тут уже Сенин оказался проворнее его. Он успел выхватить бутылку и понесся с нею в туалет. Послышался характерный звук жидкости, выливаемой в унитаз.

— Вот тебе коньяк! — победно сообщил он Полонскому, нарочито потрясая пустой бутылкой перед его носом.

Федор смерил Сенина тяжелым взглядом, отчего субтильный Андрей невольно съежился и на всякий случай сделал шаг ближе к Кручину. Администратор, казалось, вообще впал в ступор от происходящего. Он тупо наблюдал, как все его благородные планы по реанимации артиста рушились прямо на глазах. Потом Игорь сел к столу и обхватил голову руками.