Мышка для Тимура

— Ну так… Подходящей девочки из провинции не нашлось… Пока.

Стойко игнорирую насмешливо-внимательный взгляд, продолжаю. Меня с цели не собьешь такими сладкими подкатами. Ну… Практически не собьешь…

— Откуда ты вообще взял эту ересь про продажу ребенка?

Тимур хмыкает, поворачивая к парку Горького.

Я смотрю на его красивые сильные руки, спокойно и надежно лежащие на руле, непроизвольно облизываю губы. Он этими руками недавно в квартире такое делал, что вспомнить стыдно. Но приятно-о-о-о…

Стыдно в основном, потому что голову потеряла и позволила. Не хотела же… Наверно… Или хотела?

Ох, мы, девочки из провинции, такие непостоянные…

По крайней мере, не ожидала ничего такого, наивная, когда в квартиру его впускала днем.

Ну, а как тут не впустишь, хозяин же… Должен посмотреть, насколько качественно убрали следы локального наводнения?

Ага, посмотрел…

Прямо как от двери начал смотреть, так и продолжил… Чуть ли не до кровати.

Мог бы и до кровати, явно все намерения читались, но я тут проявила ненужную моему организму, но крайне необходимую гордости и самосознанию стойкость. Да и семья — такая семья… Всегда вовремя появляются.

Признаюсь, в самом начале Тимур меня застал врасплох.

Я ведь реально думала, что разгром в квартире глянет…

А он…

Не успели войти, прижал к стене у гардероба, впился в шею, словно вампир, сладко-больно, заурчал по-кошачьи… У меня все сразу опустилось и поднялось одновременно. Голову задурило, руки заскользили по стене, а в горле пересохло. Невозможно было даже звук легкий выдавить из себя, «нет» сказать…

Тимур, с рычанием, рванул ворот водолазки, и она не выдержала насилия многочисленного. Погибла, печально треснув напоследок. А, вроде, крепкая такая вещь…

— Наконец-то, бля, — выдохнул Тимур, спешно вытряхивая меня из остатков бежевой тряпки, — заебала она меня…

— А-а-а… — это у меня голос прорезался, а вместе с ним и воля к сопротивлению. Но Тимур момент четко просек, тут же опять напал на меня с поцелуями, и воля куда-то слилась.

Я опустила руки, поднятые для сопротивления, на широченные плечи, обтянутые дорогущим пиджаком, сжала пальцы. И повернулась, подставляя шею и грудь под настойчивые, опытные губы. И до того мне сладко было, до того тягуче-карамельно, что никаких сил противиться не оставалось.

Вот как так?

Прекрасно отдавала себе отчет в происходящем, голова, хоть и дурная, но работала, реагировала правильно на ситуацию… И понимала, что все не так, все рано и вообще… Не нужно мне совсем!

А вот сделать ничего не могла.

Не хотела.

Где там та самоуверенная девочка, считающая, что выражение «тело предало» — это бред?

Нет, так-то это бред, само собой…

Тело не предает как раз. Оно — полностью владеет ситуацией. И действует так, чтоб ему, телу, было хорошо и сладко.