Мы снова дома

Чернокожая красавица насмешливо хмыкнула, дернув острым ухом, но возражать не стала. Только снова потянулась, выпятив обтянутые комбезом ягодицы идеальной формы, затем удовлетворенно покосилась на хорошо заметный бугор, появившийся после этого на штанах парня, и противно захихикала, от чего он только скрипнул зубами. От этой наглой красавицы действительно проблем будет немало.

Посохами занялись девочки из Африки, к которым присоединились балийка, мадагаскарка, афганка и незнакомая Игорю девушка восточной внешности, которую звали Зухра. Видимо, арабка.

Разведывательную группу возглавила Хаянга, позвав с собой Нику, четырех орок, двух красных и двух зеленых, а последними к ним присоединились две эльфийки. Быстро обсудив, куда идти, девушки покинули ущелье и растворились в густой траве в человеческий рост.

А вот быт взяли на себя гоблинка Аглая, три гномы, Тойна, Унада и Герта, эльфийка Талариэль и торийки Майда и Ориа. Игорь тоже пока остался в лагере, обнаружив в небольшой пещерке немного обсидиана. Он обрадовался вулканическому стеклу, как манне небесной, и тут же принялся делать из него наконечники для стрел, которые в ином случае пришлось вытачивать из камня, а это намного труднее и дольше. Затем нашел гибкую, ровную ветку, аккуратно ошкурил ее ножом, вырезал выемки по краям и, с трудом согнув, привязал тетиву, для которой сгодился захваченный с собой металлопластиковый шнур, порвать который не смогли бы и два слона.

Изготовив три лука и десятка полтора стрел, он вручил их Сломанной Стреле и спросил, как ей. Она попробовала, с трудом попав в ствол дерева, и что-то пробурчала о кривых руках «мастера».

— Дерево сырое… — тяжело вздохнул Игорь. — Вечером попробуем просушить над костром.

— Ладно, сойдет, — махнула рукой дикарка. — Девочки, пошли!

И ее группа тоже скрылась в море травы. Командир отряда проводил ее взглядом и продолжил делать наконечники, аккуратно обстукивая обсидиан небольшим камнем, а затем рукояткой ножа. Их учили таким вещам на уроках выживания, так что небольшой опыт у него имелся.

Аглая оказалась на удивление хозяйственной, и вскоре на расчищенном от травы пятачке возле скал обустроили временный лагерь. Из недалекого ручейка набрали в котелки и фляги воды, нарубили сушняка на дрова — на ближайшем холме его хватало. Жаль, что дальше придется уходить в степь, неизвестно есть ли там дерево, сверху видна была только бесконечная, поросшая густой травой равнина, через которую иногда пробирались какие-то животные. И дай Бог, чтобы не хищные. Если вспомнить земные прерии, где кочевали и львы, и гиены, и шакалы, и многие другие звери, то становится слегка не по себе — всерьез сражаться за свою жизнь воспитанникам интерната еще не доводилось.