Мы

 – Чтобы такой здоровый парень, как он, заболел? Да через пару дней вы будете смеяться над этим."

"Но я снова и снова продолжаю слышать слова «стало плохо» и «не приходит в себя». Вдруг у него скрытый сердечный порок? На втором курсе колледжа один мой знакомый умер во время игры в баскетбол. Просто рухнул на пол и все. Судья начал сделать ему СЛР, но он был уже мертв.

Блядь. Лучше не думать об этом.

– Все будет хорошо, – повторяю я, как сказала мне Синди.

– Эй. – Блейк осторожно встряхивает меня за плечо. – Конечно, будет. Даже не сомневайся. Ту кофейную кружку сделала мама Каннинга, да?

– Что? – Я в аду, а Блейк предлагает обсудить кофейные кружки?

– Я мыл посуду в вашей берлоге. Там была надпись на дне.

О, черт. Внутри той кружки написано: Джейми любит тебя, и мы тоже. Добро пожаловать в клан Каннингов. И когда я заглядываю Блейку в глаза, то вижу именно то, чего так боялся все эти месяцы.

Он знает.

– Блейк, – начинаю я. Вранье точно не вариант, поэтому уклониться приходится по-другому. – Сейчас не время для этого разговора.

– Да неужели. – В голосе Блейка появляется то, чего я никогда раньше не слышал. Он зол. Я и не знал, что он умеет сердиться. – Секунд через шестьдесят мы будем отбиваться от кучи фанатов, для которых в порядке вещей доставать игроков даже в отделении «скорой». И они станут спрашивать, что мы тут делаем. Я не собираюсь советовать, что тебе следует отвечать. Но я твой друг, а с друзьями надо быть честным.

Надо, но от сохранности моей тайны зависит практически все, а у Блейка длинный язык, и я сомневаюсь, что он до конца понимает суть ситуации.

В игре в гляделки верх беру я. Потому что умение затыкать варежку стало моим суперскиллом.

Вздохнув, Блейк отворачивается.

– Ладно. Как знаешь. Но чувак, если ты планируешь скрываться до конца своих дней, то хотя бы не свети лого на куртке.

Он прав, так что я сбрасываю свою торонтскую куртку и перекидываю ее через руку.

– Райан Весли? – блеет интерком. – Здесь есть Райан Весли, который пришел к мистеру Каннингу?

Слава тебе, господи. Я несусь назад к стойке, где медсестра показывает на мужчину в синей больничной одежде.

– Пройдите с врачом.

– Доктор Риджел, инфекционное отделение. – Он протягивает ладонь.

Идея здороваться за руку с врачом инфекционного отделения кажется немного сомнительной, но я все равно ее пожимаю.

Блейк уже тоже здесь.

– Что вы можете нам рассказать? – спрашивает он своим громовым голосом.

Врач уводит нас за собой.

– Мистер Каннинг стабилен, – сообщает он по пути, и я практически обмякаю от облегчения. – Он поступил с высокой температурой и обезвоживанием, поэтому ему вводят жидкости и антивирусный препарат, хотя результаты анализов будут известны не ранее, чем через двенадцать часов.