Мы (ЛП)

Из своих нор повылазят ханжи. А в центре внимания будет не только моя игра, но и личная жизнь всех, кем я дорожу.

В животе появляется тошнотворное чувство, и я напоминаю себе, что это не навсегда. В следующем сезоне появится очередной талантливый новичок, который возьмет штурмом СМИ, и я буду забыт. А до тех пор я должен успеть доказать своей новой команде, что они не выживут без меня – неважно, гей я или не гей.

– Оп-па! – вдруг восклицает Блейк. Взглянув на него, я вижу, что он что-то читает у себя в телефоне. – Угадай, кто только что появился в списке травмированных?

У меня перехватывает дыхание.

– Да ты прикалываешься.

– Неа. Вот, черным по белому. – Он показывает мне телефон, потом разворачивается к Эриксону и Фосбергу. – Ханкерсен выбыл. Минимум на пять игр.

Сзади нас звучит вопль, а потом по кабине проносится громкое объявление Эриксона.

Раздается коллективный рев радости. Не судите нас строго – мы все сочувствуем Ханкерсену. Для спортсмена нет ничего хуже, чем травма, и я не пожелал бы ее никому. Но в то же время хоккей не просто игра. Это бизнес. У всех нас единая цель – чемпионство. И победа в вечерней игре подведет нас на шаг ближе к нему.

Мой телефон опять вспыхивает. На сей раз на нем имя Джейми вместе с иконкой текстового сообщения. Увы, но Блейк снова сел, поэтому мне приходится сдержать порыв разблокировать телефон.

Мой одноклубник, естественно, снова не упускает случая подглядеть.

– Это от твоего соседа, – подсказывает он, как будто я сам, блядь, не знаю.

Скрежеща зубами, я сую мобильник в карман.

– Не собираешься посмотреть?

– Потом, – цежу я. – Он, наверное, просто напоминает, чтобы утром, когда мы вернемся, я заскочил в магазин. Ничего важного.

Последние слова действуют точно яд – обжигают мне горло и разрывают желудок в клочки. Мне тошно от чувства вины за то, что я сказал это вслух. За то, что косвенно назвал Джейми неважным, когда я прекрасно знаю, что он – единственный самый важный для меня человек на земле.

– Слушай, – не замечая моих терзаний, говорит Блейк, – я тут прочел, что твоего соседа приглашали в Детройт. Почему он не поехал?

Секунду я просто моргаю.

– Где ты это прочел?

– В гугле, мой друг. Так ты знал? Что Джей-бомб не захотел уезжать в Мотор-сити?

Ебучий проныра. Вот черт!

– Ему захотелось тренировать. Он же был вратарем, а у этой организации довольно длинная скамейка за сеткой, вот он и подумал, что ему вряд ли когда-нибудь доведется играть. Наш старый тренер помог ему устроиться на работу. Отличная шанс для него… – Я слышу, что начинаю мямлить, и затыкаюсь. Не слишком ли много я разболтал? Не показалось ли Блейку, что я чересчур много знаю? Все. Теперь я сижу и бешусь из-за своей паранойи.

– Ну… – Я потерял контроль над этой беседой уже очень давно.