Мужлан и флейтистка

Попробуем работать по новой схеме, куда более разумной и щадящей. Простите меня за эту бешеную гонку, хоть она вовсе не была бесплодной, отнюдь, но впредь мы будем работать по-другому. Вот, я тут распечатал новый порядок работы, ознакомьтесь и выскажите свое мнение. Только откровенно!

Все зашелестели листочками, которые он раздал.

– Федор Федорович, но это же совсем другой коленкор!

– Здорово! С такой схемой можно жить…

– Простите, друзья мои, я вас совсем загнал…

– Прощаем, потому что вы и себя загнали.

– Есть такой момент! – обрадовался Федор Федорович. – Но почему ж вы молчали? Боялись нешто?

– Нет! Вы не страшный! – засмеялась Аня Старшинова. – Но мне кажется, если руководитель впахивает наравне с рядовыми сотрудниками, а то и еще больше, значит, так надо. И ведь в самом деле было надо на каком-то этапе, а дальше уже по инерции…

– Спасибо, Анечка! Короче, в выходные все отдыхают! Отныне и впредь!

– Слава богу, а то моя жена говорит: Валька, ты ж не следователь, только следователи в кино так вкалывают.

– А сейчас все по домам! – скомандовал Федор Федорович.

Федор Федорович вздохнул с облегчением. Он умел создавать в коллективе хороший климат. Для этого пришлось уволить двух «паршивых овец», но дело того стоило.

И первым делом он позвонил Елизавете Марковне.

– Федор Федорович, голубчик вы мой! – обрадовалась она. – Как вы там? Танечка передает мне от вас приветы, но я ужасно хочу вас видеть!

– Я тоже соскучился! Что если я прямо сейчас заеду за вами и мы где-нибудь поужинаем в тихом месте?

– Да нет, голубчик, приезжайте лучше ко мне. У меня что-то нога побаливает. Я вас накормлю, и мы побеседуем.

– Я с удовольствием. А что с ногой?

– Старость! Ноет к перемене погоды.

– Может, надо по дороге что-то купить?

– Ничего не нужно, просто приезжайте!

Но он заехал в супермаркет, купил разных деликатесов, коробочку пирожных и букет белых голландских хризантем.

– Федор Федорович, голубчик, побойтесь бога, куда столько накупили? Я успела приготовить ужин…

– Ну, позовете кого-то еще, и тогда уж не придется готовить… – смущенно улыбнулся Федор Федорович.

– Ну что с вами делать… Но я ужасно рада вас видеть. Вы неважно выглядите, у вас усталый вид…

– А я и устал как собака. Но ничего… Оклемаюсь! А как вы-то живете-можете?

– Да живу, и кое-что еще даже могу. Вот третьего дня была в Консерватории… на Спивакове… Получила огромное удовольствие. А вы, голубчик, хоть раз были в Консерватории?

– Нет, со стыдом должен признаться, что нет, не бывал. Это в ваших глазах ужасный грех?

– Да, пожалуй, нет. Просто классическая музыка нынче не очень в чести.