Мужчина для удовольствий

— Ух, горячо! — вздохнула Ванда, обмахиваясь меню, как веером. — Хочешь посмотреть? — она протянула мне каталог с постельными рабами. — Здесь такие роскошные экземпляры. Есть абонемент на час, на два, на три, а есть — на всю ночь. Можно заказать классику, а можно — всякие изысканные штучки-дрючки. Или что пожестче. А вот услуга для таких скромниц, как ты. Называется «Внимание». Без интима, просто сопровождение. Мужчину можно целовать и трогать, в том числе между ног, но ласки языком оплачиваются отдельно.

Я слушала подругу, и у меня горели щеки.

Куда я попала? Куда позволила себя затащить?! Что за логово разврата!

Но уходить не хотелось, и под одобрительным взглядом Ванды я подвинула к себе греховный каталог.

Вдруг музыка стихла, и занавес начал подниматься, открывая сцену, залитую интимным багровым светом. В центре ее стояла клетка, а в ней метался диким зверем сегодняшний лот. Крепкий рослый мужчина в одной набедренной повязке.

— Торги, — с предвкушением шепнула Ванда и подалась вперед, чтобы лучше разглядеть живой товар за решеткой. Но в этом не было необходимости: за сценой вспыхнули экраны, показав полуголого раба крупным планом.

Когда камера приблизилась к лицу мужчины, я шумно вздохнула. Ничего себе красавчик!

А еще поняла, что необычного в новом лоте, какая у него изюминка.

Глава 2

— Редчайший экземпляр! — раздался усиленный микрофоном голос распорядительницы торгов. — Последний представитель вымершей расы!

Зал гудел. Гости «Оазиса» возбужденно шептались и переглядывались, я же смотрела на сцену не в силах поверить своим глазам.

Выждав эффектную паузу, ведущая рядом с клеткой нараспев протянула:

— Дики-и-ий э-э-эльф!

В восторге от сегодняшнего лота женщины за столиками вскочили со своих мест и принялись бурно аплодировать. В ответ причина ажиотажа зарычала и оскалила зубы. Эльф сжал в кулаках прутья решетки, вены на его шее вздулись, мышцы груди напряглись, и на миг мне показалось, что сил мужчины хватит, чтобы погнуть металл, но время шло, гостьи борделя хлопали в ладоши, а бедняга оставался заперт в своей ловушке.

Я не могла отвести от него взгляда.

Широкий разворот плеч. Сильные мускулистые руки. Идеальный сухой рельеф пресса. Развитая тренировками грудь перетекала в узкую талию, а та в еще более узкие бедра, на которых болталась тряпица, закрывающая пах.

Длинные волосы раба серебрились в полутьме и падали на грудь, закрывая соски. Острые уши экзотически торчали. Это был самый эффектный мужчина, которого я когда-либо видела. Его красота была сказочной, неземной, черты лица — произведением искусства.

Зал бесновался. Даже с микрофоном распорядительнице с трудом удавалось его перекрикивать.

— Этот мужчина носит татуировку жреца леса.